В стране заоблачных вершин
- Автор: Манвелов Владимир Иванович
- Год: 1986
- Язык: русский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «В стране заоблачных вершин». Краткое содержание книги:
Пока рыба варилась, хозяин беседовал с нами. Из его рассказа мы узнали, что в отличие от своего соседа, который всю жизнь безвыездно провел в этой затерявшейся в горах деревеньке и свято соблюдал обычаи предков, он успел послужить в армии, побывать на заработках в Большой долине, многое повидал и теперь на религиозные запреты смотрит сквозь пальцы. Хозяин этой харчевни готов был поделиться с нами даже солью, которая здесь дорого ценится.
В Хетауде, предвкушая вареную рыбу, мы пытались купить соль. Удалось раздобыть лишь горсточку каких-то крупных кристаллов грязно-серого цвета. И вот когда пришло время добавить в уху соль, хозяин сделал протестующий жест и побежал на второй этаж. Вскоре он вернулся с довольно увесистым камнем бурого цвета. Не успели мы и глазом моргнуть, как он разломил его на мелкие кусочки и бросил в нашу кастрюлю… Должен признаться, что рыба получилась удивительно вкусной…
Карабкаемся вверх и вверх. Минуем самый высокий перевал Даман, куда можно добраться на автомобиле, и перед нами открылась неповторимая картина. Весь северный склон горы был покрыт снегом. На белом фоне виднелись небольшие ярко-зеленые оазисы с огненно-алыми рододендронами.
Со смотровой площадки можно увидеть одновременно четыре восьмитысячника: Эверест (8848), Манаслу (8156), Чо Опю (8153), Дхаулагири (8172). К сожалению, в тот день была такая сильная облачность, что видимость ограничивалась буквально сотней метров.
После перевала наш путь лежал все время вниз, в Катманду, до которого оставалось каких-то километров восемьдесят. Вечерело. Встречных машин нет: не каждый отважится ехать по Трибхуван — Раджпатху ночью. Раньше это вообще запрещалось. Сейчас при выезде на горную магистраль шофера предупреждает огромный плакат: «Водитель, проверь тормоза».
Вот и последние километры, последние головокружительные повороты, подъемы и спуски. Мы снова в Большой долине. Кольцо замкнулось. На счетчике — 796 километров — путь, пройденный за три дня. Вроде бы и не такое уж длинное путешествие мы совершили (по прямой этот путь составляет всего 400 километров). Однако в Гималаях прямых магистралей нет, да и нынешний серпантин автомобильных дорог появился совсем недавно. Если бы я вздумал совершить подобное путешествие в 1965 году, в период первой командировки в Непал, то на этот путь ушло бы не три дня, а не менее трех месяцев — не случайно в непальских Гималаях до сих пор расстояние измеряют не километрами, а днями пути.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Итак, перевернута последняя страница путевых очерков В. И. Манвелова. Вместе с их автором читатель совершил путешествие в Непал — страну заоблачных вершин, головокружительных троп и стремительных потоков, край живописных ущелий и долин, самый воздух которых кажется наполнен ароматом легенд и преданий. Многие из них пересказываются в книге. В ней дается также описание религиозных праздников, повествуется об астрологах, садху, священнослужителях, продолжающих играть заметную роль в повседневной жизни непальцев. Вместе с автором читатель «прикоснулся» к поражающим воображение храмам Сваямбхунатх и Пашупатинатх, Боднатх и Ньятапола, посетил непальские деревни и города.
Обо всем этом повествуется столь по-журналистски свежо и непосредственно, что мне, профессионально знающему Непал и не раз в нем побывавшему, вновь захотелось окунуться в сутолоку средневековых улочек старого Катманду, смешаться с толпой, наблюдающей за заклинателем змей, или оказаться возле саньяси («святого человека»), готового за рупию предсказать судьбу.
Чувство сопричастности тому, о чем рассказывает автор, внушает уверенность в полезности проделанной автором работы: она содержит необходимую информацию, а следовательно, выполняет свое назначение. Важно и то, что автор стремится выяснить некоторые причины отсталости Непала. Одну из них он справедливо усматривает в более чем столетней изоляции страны от внешнего мира, искусственно созданной узурпировавшим власть феодальным семейством Рана.
…Да, нелегким был исторический путь страны в Гималаях. Как единое государство, Непал появился на политической карте мира во второй половине XVIII века. До этого на его территории в нынешних границах были расположены десятки (до шестидесяти) мелких и мельчайших княжеств. Они были объединены Притхви Нарайан Шахом — правителем княжества Горкха, расположенного западнее долины Катманду.
Не успев еще окрепнуть, Непал столкнулся с английскими колонизаторами, территориальные владения которых на Индостане пришли в непосредственное соприкосновение с южными границами гималайского государства. Британские власти очень быстро оценили всю важность стратегического положения Непала для осуществления дальнейших захватов в этом районе Азии. Чтобы насильственно «открыть» эту страну и подчинить своему диктату, англичане 1 ноября 1814 года объявили Непалу войну. В 1816 году стране был навязан неравноправный договор. Его важнейшим политическим условием являлся допуск в непальскую столицу английского резидента. Под контроль британских властей была поставлена внешняя политика Непала, которому запрещалось вступать в какие-либо отношения с иностранными государствами. Но и после войны непало-английские отношения оставались натянутыми. Чтобы укрепить свои позиции, англичане прибегли к своему испытанному методу «разделяй и властвуй». Воспользовавшись обострением соперничества между различными фракциями господствующего класса, они поддержали феодальное семейство Рана. В ночь с 14 на 15 сентября 1846 года Джанг Бахадур Рана совместно со своими братьями организовал резню во дворце, в результате которой были уничтожены представители наиболее влиятельных политических группировок и путь семейству Рана к власти был открыт. Правителя Непала (махараджадхираджа) низвели до положения номинального главы государства, и вся полнота власти сосредоточилась в руках Рана. Должность премьер-министра и другие высшие посты превратились в наследственную привилегию одного феодального семейства.
Вся деятельность Рана целиком и полностью была направлена на то, чтобы нажить как можно больше богатства. Существовавшая при них государственная структура служила личным целям и интересам наследственного премьер-министра и его ближайшего окружения. По подсчетам непальского историка Д. Г. Регми, ежегодный доход членов семейства Рана, превративших высшие государственные посты в свою наследственную привилегию, составлял 70 млн. рупий. Более половины этой суммы шло премьер-министру. За столетие своего правления Рана присвоили не менее 2 млрд, рупий. Свои капиталы они переводили за границу. Это обескровливало экономику Непала, лишало его средств, столь необходимых для развития производительных сил.
Стремясь закрепить и упрочить свою власть, наследственные премьер-министры взяли курс на сотрудничество с английскими колониальными властями. В закреплении и упрочении английского господства над Индией Рана усматривали одно из важнейших условий сохранения собственных позиций. В свою очередь, английские колонизаторы безоговорочно поддерживали Рана и созданную ими систему наследования.
Чтобы доказать свою верность британской короне, Джанг Бахадур Рана в помощь английским властям для подавления индийского народного восстания 1857–1859 годов направил двенадцатитысячную армию.
Англичане пришли к выводу, что Непал следует сохранить в виде зависимого от Англии буферного государства, служащего важным источником людских ресурсов для британской колониальной армии. Это определило английскую политику в отношении Непала на весь последующий период.
Для получения надежных солдат английские власти сосредоточили свои усилия на том, чтобы изолировать Непал от Индии, а непальский народ от влияния индийского национально-освободительного движения. Этого же хотели Рана, которые на примере индийского восстания 1857–1859 годов убедились, какую опасность таит в себе выступление народа. На основе изоляции Непала от внешнего мира между английскими колонизаторами и семейством Рана была заключена сделка, обеспечивавшая поступление людских ресурсов для английской колониальной армии и жестокую эксплуатацию народных масс горсткой непальских феодалов.