Меридиан

Стартовая уводила Лиду прочь от села, на равнину. Горячий пыльный ветер ударил в лицо, но поначалу идти было совсем не трудно. Казалось, что воздухонепроницаемый костюм, защищая от зноя, отражает солнечные лучи, и какое-то время так оно, пожалуй, и было.

Никогда раньше Лидии Метёлкиной не приходилось бывать за границей — так уж сложилась жизнь. Но сегодня она чувствовала себя не то что в другой стране, а даже немного не на этой планете. Каменистая равнина казалась белесой из-за покрывающего ее поверхность слоя тонкой минеральной пыли. Горячий воздух струился над раскаленной землей. «В такую погоду самое время и миражу появиться. Для колорита», — подумалось Лиде.

Дрон пискнул, привлекая Лидино внимание и приглашая ее свернуть в низину. Только она начала спускаться по пологому склону, как мелкие камешки под подошвами ее ботинок пришли в движение и дружно покатились. Чертыхнувшись, Лида, с трудом удерживая равновесие, сбежала на дно каменистой ложбины. Дрон, напоминающий большое беспокойное насекомое, дернулся и завис почти у самого лица девушки. «Отвали, глупая стрекоза», — буркнула Лида не слишком вежливо.

Идти стало значительно сложнее, приходилось пробираться через нагромождения крупных окатанных камней. Было похоже, что Лида двигалась по дну пересохшей реки. Раньше, по весне и в начале лета, когда начинали таять ледники Северо-Чуйского хребта, по равнине проносились мощные потоки, шумя, бурля и ворочая тяжелые камни. А к середине лета реки пересыхали. Но в последние годы зимы в этих краях стояли бесснежные; сезонные речушки прекратили свое существование, и даже Чуя заметно обмелела, едва заполняя водой свое каменистое ложе. Лида вгляделась в горы на горизонте — сейчас они стояли голые, выжженные. Эх, не скоро эта земля дождется живительной влаги.

Дрон с веселым жужжанием пригласил Лиду наверх, на равнину. Подъем дался ей тяжелее, чем она рассчитывала. Скатившись пару раз с крутого склона, Лида все же нашла место, где можно было подняться по пологой траектории.

Подъем отнял у нее много сил, пот заливал глаза. Кажется, пришло время протестировать возможности системы к экстренному охлаждению. Лида нажала кнопку, и в ранце за спиной что-то тихо забулькало — запустилась эндогенная химическая реакция. Через минуту по тонким трубкам, выстилающим комбинезон изнутри, заструился хладагент. Постояв немного, Лида пришла в себя и продолжила путь.

Спустя некоторое время зловредный дрон снова позвал Лиду в сторону высохшего русла. Не удержавшись, она вскинула руку и показала машинке неприличный жест.