Золотошвейка для оборотня [СИ]

Кого-то удивит, почему оборотни утаили от своих сородичей такую прекрасную новость? Из страха. Они боялись, что в замок хлынет поток из желающих завести себе пару. Оборотни отличались резким характером. Поведение самца, желающего обзавестись собственным потомством, предугадать сложно. Одно было точно: на их женщин найдутся претенденты. Убедить всех, что чужая, состоявшаяся уже пара, не станет менять партнера, невозможно. Поэтому они укрепляли замок, заодно набирая себе в стаю новых братьев.

Весной Гел решил, что на другой берег Бёрк ходить больше не будет. Но когда приедет господин проверяющий и не обнаружит девушек, могут подумать всякое. Например, что оборотни из вновь заселенной крепости, съели их. Тогда для отвода глаз, волки соорудили на кладбище обители могилы — обманки, на одну меньше, чем было девушек. Похоронить саму себя последняя бы не смогла, пусть думают, что труп съели дикие звери. Как говорится: сделали и забыли. Много забот было в крепости и без обители. На свет один за другим появлялись малыши.

Когда дороги просохли, возчик привез в обитель трех новых девушек, со скудным багажом и небольшим продуктовым запасом. Их встретила мертвая тишина барака.

Узнали о новеньких, жители замка, месяцем позже и совершенно случайно. И конечно благодаря любительнице нарушать границы — Оливии. Вездесущая травница решила сходить за саженцами щавеля, росшего возле старой бани. Оборотни распахали возле замка большой участок, где с удовольствием разбили сад и огород. Туда и собиралась высадить кислую травку Оли. Выйдя из-за угла барака в своем, вчера только сшитом, светло-бежевом платье, оборотница нос к носу столкнулась с новыми жительницами обители.

Проклятые по приезде ужаснулись, своей новой жизни. Не заботясь нисколько об их душевном состоянии, куратор пересчитал могилы и объявил, что одной не хватает.

— Да и бог с ней, всё равно — точно померла. — Заявил он, делая записи в своей счётной книге.

Приводя в порядок барак, днем они ещё храбрились, а ночами им чудились разные шорохи и пугали доносившиеся с болот звуки. Особенно страшил, разносившийся по округе, волчий вой. Они сдвинули грубые топчаны и спали вместе, тесно прижавшись друг другу. Шепотом, по вечерам они обсуждали судьбу живших здесь до них, девушек. Нервы прокаженных, постоянно были натянуты как струны. А когда перед ними выплыла Оливия, светлая и прекрасная как ангел. Все три решили, что встретили призрак последней умершей здесь девушки. Они одновременно пронзительно завизжали. Крики двух быстро оборвались, они упали в обморок. А вот третья, не прекращая кричать, умчалась в лес. Только к концу дня обезумевшую от страха девушку отловили в чаще Марион с Сардером.

Когда её поймали, она сопротивлялась как настоящая фурия. Порвала им рубашки и исцарапала лица, чем вызвала у Мариона искреннее восхищение.