Золотошвейка для оборотня [СИ]

Конечно же, заплатят. Нет, если бы вопрос касался только денег, и у него была возможность нажиться на горе других, он бы не стал этим заниматься. У тролля были свои незыблемые принципы. Но здесь он не только зарабатывал, а делал счастливыми бедных девушек. И даже…

— Я буду спасать их жизни! — Убедил себя Варди. Впрочем, это было правдой.

Идея, пришедшая ему в голову, состояла в том, что бы выдавать замуж за оборотней — проклятых девушек. На первый взгляд она была проста и легко выполнима, но при подробном рассмотрении, показывалось множество подводных камней, еще было очень мало информации.

Тролль оставил недопитый стакан рядом с початой бутылкой рома, алкоголь мгновенно перестал его интересовать. Он перешел в гостиную и, задумавшись, заходил по ней. Он поднимал из глубин своей памяти все, что знал об оборотнях, их манеру поведения, обычаи и известные ему ритуалы.

— Как случилось, что спустя лишь двести лет, произошел первый оборот человека в волка? — Задавал он себе вопросы.

— Что нужно чтоб девушка стала оборотнем? Какие специальные условия? Наврядли, если проклятая просто постоит рядом с лохматым, то перекинется.

Мысли разбегались и не хотели складываться во что-то единое. Тогда тролль достал со шкафа огромный, метр на два, чистый пергамент, свернутый в трубочку. Запасен тот был орчанками, для вырезания из него выкроек одежды. Варди расстелил его на полу, прижав края разными безделушками. Маленьким карандашом, с трудом, найденным им в ящике стола, тролль стал рисовать на нем замысловатые схемы. Он, бывало, злился, когда выводил свои формулы, иногда зло хлопал себя по лбу, даже бросал в порыве гнева карандаш и стирал часть рисунков. Потом опять находил заветный огрызок, и чертил поновой, только ему понятную схему. Постепенно к большому пергаменту присоединились маленькие тетрадные листы, тоже мелко исписанные и разложенные вокруг в определенном порядке.

Сидевшие на диванах, креслах и шкафах кошки с интересом наблюдали, как тролль ползает по полу. Он собирал полами своего длиннющего халата, подаренного ему в прошлом году на день рожденье девушками, толстый слой пыли, собравшийся здесь за последние полгода. Как улитка, Варди, оставлял за собой чистый след на паркетном полу, проползая на четвереньках по комнате в поисках карандаша. Он провел в этих трудах всю ночь, к утру протрезвев и прейдя к окончательному, лишь ему известному, решенью, он счастливый завалился спать.