Мяч круглый, поле скользкое

Ещё год Чен Ир Сон работал в Узбекистане, но и из него, и из игроков будто выпустили воздух. Оставив «Политотдел» на помощников, Андрей Буирович перебрался в Алма-Ату, где начинался его долгий и причудливый футбольный путь. Работал на кафедре физподготовки в госуниверситете и, конечно, как на работу ходил на все матчи местных клубов — и АДК во второй лиге, и элитного «Кайрата». Только сейчас наконец он смог как следует оценить игру команды, по которой уже почти десять лет сходила с ума казахская столица. Что сказать? Крепкие мастера. Вот только это можно произнести с почтением, а можно — и обронить с иронией. Высшая лига, а, вернее, класс «А», первая группа (чуть не каждый год переименовывают и регламент перекраивают, чёрт ногу сломит… Пусть уж будет просто Высшая — все равно в футболе только так и называют!) — это целых двадцать две команды, и крепких мастеров в них хоть отбавляй. Да только всегда есть те, кто покрепче других, и до «Кайрата», как пошучивали болельщики из Европейской части страны, «аппендицита чемпионата», такие почти не доезжают. Остаётся придумывать, как выходить из положения. В Алма-Ате вот придумали — одними из первых перешли на зонную защиту, пластались за каждый мяч, пропускали мало, особенно в родных стенах. Злопыхатели ворчали — «кайратовский бетон», мол, никакой красоты и полёта мысли. Так где ж творцов добыть? Нет, был один — Сергей Квочкин, правый краёк, кумир и идол, вечный лучший бомбардир. Это крайний-то! Разве его дело — рекорды бить? Но, с другой стороны, а куда деваться, если в центре вечно разобраться некому?

Здесь стоит заметить, что в чемпионате СССР результативность вообще была довольно невысокой. Нет, лидеры забивали много, порой, даже очень — но средний показатель тяжеленной гирей тянули ко дну аутсайдеры. Во значительной степени это, конечно, было обусловлено постоянным оттоком талантов в столичные и главные ведомственные клубы — случаи, когда кому-то наподобие Виктора Понедельника удавалось сделать успешную карьеру на периферии, были уникальными. Пожалуй, и Квочкина вполне можно было бы поставить с ним в один ряд, кабы его не игнорировали тренеры главной сборной страны. А ведь он, играя, на той же позиции, что и знаменитые Месхи, Метревели, да тот же Лобановский — крайнего нападающего — забивал больше, чем эти живые легенды! Но нет — из всех национальных команд Сергею удалось лишь раз съездить в турне с совершенно неофициальной сборной клубов, и на этом — как отрезало. Казахские болельщики его боготворили, товарищи по команде ещё смолоду привыкли уважительно называть Прокопычем, да и сам он ни разу не подавал виду, что в «Кайрате» его что-то не устраивает и он желает большего. Он был местным — уроженцем Усть-Каменогорска, и хоть из Северного Казахстана пришлось однажды перебраться в Южный, он чувствовал, что тут везде его родная земля, и сердечно любил её. Земля отвечала взаимностью, щедро даря силы немолодому уже футболисту, а уж он отрабатывал и за себя, и за того парня, а порой — и за всё склонное к впадению в вегетарианство нападение.