Меняя матрицу-1

– Ну, что у тебя?

Судя по тону, особым уважением я у нее не пользуюсь. Ну конечно, я не был образцом мужественности. В классе держался обособленно, от конфликтов старался уходить, если приходилось драться, пытался, но как правило проигрывал. Всю жизнь у меня была одна черта. Я не мог убегать. Ну например, меня предупреждали, что после школы мне будут ждать пацаны из параллельного класса, наказать за то, что столкнулся с кем то в коридоре и не уступил дорогу. Вместо того, что бы слинять через боковой выход из школы, я тащился на Голгофу. И естественно получал свои дивиденты. Конечно это разносилось по классу и не добавляло мне уважения. Да, надо менять ситуацию.

Сделав многозначительную паузу, Света даже перестала торопливо мотать носком тапочка.

– Свет, такое дело. Не знаю, как сказать, мне нужна твоя помощь. У Светланы даже лицо вытянулось от удивления. Она ожидала, что угодно, но не просьбу о помощи.

– Я упал и повредил голову, тяжелое сострясение мозга. Я ни кому не говорил, что не помню года два из своей жизни. Вообще, ни в школе, ни дома.

Света слушала, не прерывая.

– Пожалуйста ни кому не говори об этом. Дождавшись кивка, я продолжил.

– Ты можешь напомнить мне про школу, с кем я сидел, с кем дружил, по предметам, что проходим. Ну и все такое. Пауза затянулась, и когда я решил, что зря затеял этот разговор – Света выдала.

– Я поняла, конечно помогу. Значить, сегодня уже не получится, а завтра прийду к 10.00.

Есть первый шаг. Теперь, где там школьный портфель. Так, дневник – прикольно. Пятёрок и двоек мало. В основном три и четыре. Математика получше, Русский язык, литература трояки. Физра и труд естественно пятерки. Английский, рисование, пение, природоведение четыре. Ну все ожидаемо. Стопка учебников за пятый класс. С этим ясно. Попробую я подвигаться. Начал разминку, растяжка. аккуратно присядания, вроде нормально. Отжавшись от пола двадцать раз, почувствовал лёгкие неприятные ощущения в голове. Так хватит пока. Надо попросить Коку научить меня своим йоговским зарядкам. Сестра бабушки часто меня удивляла несвойственными для всех бабушек умениями.

Дело в том, что моя семья по маминой линии приехали в Союз из Китая. Туда мой прадед с супругой каким то образом попали в 1905 году из Польши, в то время провинции Российской империи, на КВЖД – китайскую военную железную дорогу, где и проработал до конца кладовщиком, сначала гражданином Российской Империи, затем совзагранслужащим. Там в городе Дальний родились две сестры, мои бабушки. Старшая вышла замуж за успешного фабриканта и родила в городе Харбин мою маму и дядю. И уже, когда великий кормчий Мао шуганул всех некитайцев из страны, дед поехал в Америку, а бабушки с двумя детьми решили вернуться на родину. Это было в 1957 году. Правда родина стала к ним неродным местом и вместо западной Украины или Польши, отправили в центральный Казахстан, в голую степь. Там мама окончила в Щучинске музучилище и все переехали в Караганду. Отец, окончив харьковский горный институт, по распределению тоже попал в Караганду, где и познакомился с мамой. Именно из Китая пришли непонятные умения Коки, тети моей мамы. Они рассказывали удивительные вещи о том обществе, которое сформировалось на севере Китая после революции. Белоэмигранты, остатки княжеских фамилий, совзагранслужащиеи и прочие беженцы от революции образовали анклав, со своими школами, университетами и т. д. Именно оттуда бабушка привезла умение великолепно готовить: пироги, торты. У нас в семье был настоящий культ еды. Сестра бабушки Кока для меня всегда была загадкой. Была замужем за советским офицером – капитан, артиллерист, судя по единственной фотографии. Ребенок у них родился слабый, не выжил. Муж тоже погиб, а она в пятьдесят лет вышла на пенсию и посвятила семье сестры всю свою жизнь. Хорошо шила, вязала и на мои вопросы, откуда знает йоговские зарядки, уклончиво отмалчивалась. Но вчера, я договорился с ней, что она научит меня дыхательной зарядке и на гибкость. Сама Кока каждое утро делала комплекс этих зарядок.