Джекс [ЛП]

Какое изобилие! Я с завистью смотрю на горячую влагу. У меня дома есть только паровой душ, который использует очень мало воды. Чистая вода — это роскошь, но у Воинов особые привилегии, они могут себе позволить насладиться ванной после смены.

На дальнем бортике лежат аэрозольные бинты, лазер-карандаш для заживления ран и другие медицинские принадлежности. Я иду туда, чтобы взять лазер, потому что у Джекса два глубоких пореза на груди. Но прежде чем успеваю взять инструмент, он хватает меня за запястье:

— Что ты задумала?

Мой пульс громко стучит в ушах.

— Я-я-я хочу позаботиться о твоих ранах.

— Чтобы ты могла убить меня, так же как моего брата?

— Я… — «испробовала всё, чтобы спасти ему жизнь», хочу я сказать, но Джекс сжимает мое запястье сильнее, и я вскрикиваю.

Он сразу отпускает меня и говорит угрожающе:

— Ты даже рот открывать будешь только с моего разрешения.

Со слезами на глазах я киваю и, дрожа, остаюсь стоять у края джакузи. Бортики настолько высокие, что скрывают низ живота, защищая от любых взглядов. Руки я складываю на груди.

Джекс поворачивается ко мне спиной, снимает трусы и заходит в воду. Я пытаюсь не смотреть на его крепкую задницу, когда он с легким стоном садится.

Он не снял с запястья свои квадратные часы. Хотя это может быть и маленький компьютер. Все солдаты носят такие штуки.

Джекс поворачивается так, чтобы видеть меня, и прислоняется головой к бортику. Потом берет лазер, активирует его и привычными движениями водит лучом по обеим ранам. Их края с шипением стягиваются. Ему должно быть больно, но он даже ни разу не вздрагивает.

После этого он делает инъекцию в вену на шее шприцем-пистолетом. В нём, скорее всего, стимулятор, который обеспечивает Джекса питательными веществами.

Я просто стою и жду, а мое бедное сердце колотится, словно я пробежала марафон. Я стараюсь не замечать камеры, но это удается мне с трудом. Я разглядываю Джексона — его жесткое, мужественное, но привлекательное лицо. У него крошечная ямочка на подбородке, нос слегка искривлен. Наверняка, он частенько ломал его во время миссий. Его брови темные и густые, как и ресницы. Он гигантский парень, и вытесняет из ванны едва ли не всю воду, которая попадает в слив и уходит в канализацию. Ничто не должно быть потрачено зря, потому что очищать зараженную радиоактивными и химическими веществами воду Аутленда очень накладно. И хотя под городом есть чистый источник, рано или поздно вода в нем закончится.

Я едва не подпрыгиваю, когда Джекс бормочет:

— Залезай в ванну и вымой меня.

Он серьезно? Хочет сделать это в ванне? Хочет меня утопить?

Он снова дарит мне один из тех взглядов, от которых меня бросает то в жар, то в холод. Если бы только я не была рабыней, а он — Воином!

— Ну же, я ничего тебе не сделаю, — говорит он тихо, словно не хочет, чтобы его услышал кто-то еще.