Кристаллы Альризы (СИ)

— Это были не опыты, — отмахнулся Энеобе и чихнул.

Серебристая пыль разлетелась вокруг и тонким слоем осыпалась у ног Конрада. Пол в прихожей заиграл причудливыми оттенками от бледно-лилового до ярко-синего.

— В лесу эуфулия зацвела, а у нее пыльца весьма обильная. Очень, очень красивое растение!

— Из-за этого потрясающего события надо собирать совещание? — едко осведомился Конрад.

— Нет, сэр! У меня действительно появилось нечто важное. Понадобится Павел с Гошей и Марсель. Думаю, остальных можно не беспокоить, но Павла и Марселя найдите обязательно.

— А они, в отличие от вас, никуда не пропадали. Павел со вчерашнего дня изучает ДНК растений в своей каюте. Марсель выявляет вирулентность земных вирусов в пробирках со здешним воздухом. Дело за вами. Одно условие: приведите себя в порядок. Смотреть жутко.

— Слушаюсь, — кивнул Фишер, развернулся и выскочил за дверь.

Конрад вздохнул и покачал головой, сетуя на то, что год назад не разглядел в претенденте на место биолога экстравагантного чудика. Капитан приготовился выслушать какую-нибудь душещипательную историю про очередного «очень красивого» представителя флоры или фауны Альризы, однако, когда через полчаса Павел, Марсель и Гоша собрались в кают-компании, Энеобе с видом победителя выложил на всеобщее обозрение крупный зеленовато-голубой кристалл, похожий на две сросшиеся основаниями пятиугольные пирамиды.

— Вы даже не представляете, что это, — весомо вымолвил он и замолчал.

— И что? — пожал плечами Павел, поглаживая Гошу по грудке. — Обычный минерал.

— Сам ты минерал, — обиделся Энеобе. — Возьми его в руку.

Павел потянулся вперёд и сжал кристалл в ладони. Внезапно лицо его изменилось.

— Энеобе, что ты притащил?!

— Чья бы корова мычала, посмотри на свое левое плечо и на того, кто там сидит.

— А в чем дело? — не понял Марсель, придвигаясь ближе к столу и внимательно оглядывая кристалл, потрогал его кончиками пальцев. — Да-а, Фишер! — изрек он. — Колись, откуда выкопал?

Конрад тоже дотронулся до кристалла, чтобы понять причину удивления остальных и вздрогнул. На вид совершенно твердый и гладкий камень на ощупь был мягким, теплым и пульсировал, словно жилка на запястье.

— Энеобе, — скрадывая эмоции, спросил Конрад, — оно живое?

— Вроде того, — довольно кивнул биолог.

— Рассказывай!

Раздувшись от важности, Фишер начал говорить. Выяснилось, что день назад он собирал образцы растений в лесу, неподалеку от Северного храма, и вдруг увидел неизвестное существо: серо-черное с белой мордой и острыми ушами, похожее на лису. Животное было ранено и не могло идти. Волоча за собой задние лапы, оно упрямо ползло в сторону храма Ара. Энеобе пошел за «лисой».

Животное заметило его, но почему-то вместо того, чтобы попытаться спрятаться, повернулось мордой к Фишеру и жалобно заскулило.

Биолог решил, что «лиса», наверное, домашняя. Скорее всего, прожила всю жизнь у итэтэ, а потом потерялась. Приблизившись к ней, Энеобе осторожно погладил «лису» по голове, а та доверчиво ткнулась мордой ему в колени, улеглась на бок, вытянув лапы, и Фишер с ужасом увидел, что поперек бледно-палевого живота существа виднеется длинный надрез с набухшими, воспаленными краями.

Биолог склонился и осторожно дотронулся до кровоточившего места. Пока он рассматривал рану, животное ни разу не дернулось и не попыталось отстраниться. Создавалось впечатление, словно оно совсем не чувствует боли. Кровь вперемешку со странной, приятно пахнущей жидкостью медленно вытекала из надреза, а потом на ладонь Энеобе вдруг выкатился кристалл. В тот же миг животное перестало дышать.