Кукла Самуся

— Правда?

— Да!

Она подтянула девушку к себе, что-то прошептала ей на ухо, вставая на цыпочки и едва доставая той до плеча. Света с изумлением наблюдала, как вытягивается лицо Кати, как загораются ее глаза.

— Поняла… — восхищенно прошептала Катя, оглядываясь на Свету и подмигивая. — Все ясно! Я в деле!..

— Тсс!..

— Что происходит? — не выдержала Света. — Что вы там шепчетесь?

— Света, вы почему еще здесь? Вам еще надо успеть приготовить нам ужин… Мы опять соберемся, часам к десяти, да…

Тут распахнулись двери, в приемный покой вышел врач. Все внимание обратилось к доктору.

— Жив? — хрипло спросил Балуев, подаваясь вперед.

Хирург кивнул.

— От удара образовалась гематома, отек мы сняли, но состояние тяжелое. Мальчик пока в медикаментозной коме. Следующие сутки будут решающими, — он задумался ненадолго и добавил, — молитесь, если верующие.

— Доктор, — протолкалась вперед Марьяна. — Проверьте ребенка на предмет радиации.

Тот изумленно воззрился на нее.

— Зачем?

— У меня есть подозрения, что его могли держать рядом с источником радиации, — с апломбом заявила она.

Профессор напомнил Марьяне старого, битого жизнью кота, в боевых шрамах, с надкушенным ухом и хищным блеском в глазах. Приятное разнообразие после птичьих жителей Богуслава.

— И о чем же вы хотели узнать, голубушка?

Марьяна подалась вперед, едва не задев локтем пустую тарелку.

— О кукле Самуся, разумеется.

Профессор Кривошей развел руками. Он так и не притронулся ни к кофе, ни к обветренному пирожному, которые заказал в больничном кафетерии.

— Увы, я бы и сам не отказался, чтоб кто-то поведал мне о ней…

— Но вы же на пресс-конференции упомянули, что эта бисова кукла может быть големом?

— Да, в церковных записях есть некоторые упоминания, наводящие на эту мысль, но… — профессор задумался. — Я не успел изучить книги детально, кроме того, некоторые страницы содержат тайнопись. А теперь даже не знаю, когда мне снова доведется их увидеть, потому что сегодня мне сообщили, что монастырь закрыт для посещения.

— Меня тоже туда не пустили, — с огорчением кивнула Марьяна. — Скажите, а о чем вы спорили с отцом Егором?

Профессор насторожился. Марьяна мысленно вообразила, как оборванное ухо чутко навострилось.

— Откуда вам известно о споре?

— Я же журналистка. Так о чем был спор?

Кривошей вздохнул и отпил небольшой глоток кофе, поморщился, отставил его в сторону.

— Он убеждал меня, что кукла опасна и ее не следует тревожить.

— Хм… Он таки был прав.

— Да полноте вам, голубушка, — удивился профессор. — Или вам не чужды суеверия? Образованные люди полагаются на науку, а не на предрассудки…

— Она могла быть источником радиации.

— Радиации? — изумился профессор. — Хм… Разве что… если она из гранита… или чароита… но прям вот опасна?..

— Как думаете, — проигнорировала его вопросы Марьяна, — отец Егор нашел куклу?

Кривошей покачал головой.