Зомбятник 2

Курьер? Или дамочка из толпы перед Вестой, которую не пускали в поселение, за еду поработать? Других женщин, с которыми я пересекался вне Карбышево, я припомнить не смог.

Я поднялся до квартиры студентки. После того, как Инга стала целителем, Святослав мигом нашел ей отдельную квартиру и обставил на максимум, возможный в период постапокалипсиса. Дверь была закрыта и я постучался — это к Святославу можно вломиться, а к Краповой неудобно.

На Инге была серёжка, что я подарил, на пальчиках кольца. На Инге бижутерия смотрелась менее цыгански, чем на Юдине — системные кольца подходят под размеры пальцев: у Инги кольца были миниатюрными, почти незаметными. Я мельком глянул на свою лапу — на ней кольца казались частью огромного кастета. Таким быков глушить, или биться с ограми. Я вчера сам себя не узнал, когда подошёл к зеркалу в квартире, что я делаю не часто. Я даже в зеркало полностью вместиться не смог, как ни жался: рассмотрел только заросшую морду, с хмурым взглядом исподлобья. Я удивлён, что Гига не начинает плакать как маленькая девочка, когда я приближаюсь.

— Привет, Лёш, — поздоровалась студентка и улыбнулась, — А у нас для тебя сюрприз. Нашлась твоя пропажа, представляешь?

— Чего?

Я безбожно тупил. Можно было уже сопоставить слова Вити и загадочную улыбку Инги, но я не понял, что происходит, пока не увидел в комнате Арину Липову, свою бывшую женщину.

— Нудный, — с облегчением выдохнула Арина и зарыдала.

Выглядела Арина хреново: ногти обломаны, лицо и руки будто специально испачканы в пыли и грязи. Есть же вода в квартире, чего сразу не помылась? Да и влажные салфетки из любого бытового магазина, аптеки или супермаркета можно было достать и носить с собой.

Одета женщина чуть ли не во рвань: в обшарпанных грязных брюках, подштанниках, теплом свитере. Нужно постараться, чтобы выглядеть настолько непрезентабельно, когда бутики открыты и вещи можно взять оттуда, либо из брошенных квартир. Старается надавить на жалость? Я прислушался к себе. Жалости точно нет.

Пока Арина рыдала, я осмотрел комнату, но Дамира не увидел. В принципе, логично — тут не лазарет, подлечился и вперёд, на свою жилплощадь.

— Как же я хотела тебя увидеть… с самого начала этого кошмара… — объяснила женщина между рыданиями. Инга смотрела на меня с осуждением, будто я первым делом должен броситься к женщине и обнять, и любая секунда промедления делает меня всё большим ублюдком.

— И чего искала? Вроде всё решили уже.

— Лёш, ты чего? Это же я!

Жук из янтаря. Я искренне не понимал, чего Липова от меня хочет: вроде попрощались, всё решили, и тут возникает сюрприз из прошлого и хочет, чтобы я радостно его принял. Значит, лучше сразу расставить все точки над "и".

— К себе в квартиру я тебя не пущу. Главе дома скажу, чтобы выдал тебе жилье: народу много, но тебя примут, подвинутся. Еду тоже выделят. Как и у всех, твоя пайка будет зависеть от размера проделанной работы.

— Лёш, я тебя обидела чем-то, да? — по щекам женщины потекли слёзы, — Дай мне возможность извиниться! Хочешь, на коленях у тебя прощения попрошу? Только скажи, за что!