Джек Лондон: Одиночное плавание

И вот какое совпадение: «удача улыбнулась» Джеку Лондону 15 октября. В тот же день в Окленде умер его отчим Джон Лондон. Вот кто действительно всегда искренне верил в него — понятно, что и любил! Позднее Элиза рассказывала брату, что умирающий Лондон-старший несколько раз говорил ей и жене: «Джек привезет из Клондайка удачу — и не важно — выкопает ее из земли или нет»[127]. И перед смертью повторил то же самое. Не просто — верил, а получается — напророчил.

Как бы там ни было, попытка мыть золото на ручье Ген-дерсона — это, в сущности, единственный опыт Лондона-старателя. Больше в Клондайке он золото не мыл и иного старательского опыта не имел.

По уверению Стоуна, «Джек не испытал слишком сильного разочарования», когда от него «уплыла» четверть миллиона долларов. Верится в это с трудом. Как ни велика была страсть Лондона к приключениям, все же на Аляску он отправлялся прежде всего за золотом. А что касается ссылки биографа на слова Томпсона: «Еще на “Уматилле” <Джек> говорил Томпсону, что едет на Аляску не рыться в песке, а собирать материал для книг» — они, скорее всего, продиктованы успехом писателя и его «северных рассказов».

Вернемся, однако, к золоту. Уже на следующий день, 16 октября, Лондон, Томпсон и еще двое старателей, нагрузив лодку продовольствием на три недели, палатками и одеялами, отправились в Доусон регистрировать участки. Два дня они добирались до столицы Клондайка и, высадившись, поняли, что поступили верно, обосновавшись на Верхнем острове, — в Доусоне они обнаружили скученность людей, дефицит продовольствия и строительных материалов, не хватало даже дров. Удивляться тут нечему: еще летом (это был уже разгар «золотой лихорадки») в Доусоне жили около пяти тысяч старателей, и это было на пределе. В преддверии зимы его население выросло почти впятеро.

Удивительно: в самый разгар «лихорадки», осенью 1898-го — летом 1899-го, население столицы Клондайка насчитывало 300 тысяч человек. Там были не только салуны, рестораны и банки, но и театры, кабаре, издавались даже газеты. Любопытно, как все это размещалось на небольшом, в общем-то, пространстве в излучине Юкона, где стоял Доусон.

До настоящих юконских холодов в минус 50 градусов по Цельсию, так красочно впоследствии описанных Лондоном (когда плевок с треском замерзает на лету, как в его знаменитом рассказе «Зажечь костер»), было еще далеко, но всё же спать в палатках, как они планировали, оказалось уже невозможно. Пришлось искать ночлег. Мужчины знают, где найти друзей — самая короткая дорога к дружбе щедро сдобрена спиртом. И хотя Лондон, будучи в Клондайке, совсем не увлекался выпивкой, поход в салун был неизбежен. Джеку повезло больше всех: он познакомился с братьями Луисом и Маршаллом Бондами, земляками из округа Санта-Клара, и те пригласили его пожить у них, пока он будет в Доусоне. На этих персонажах следует остановиться особо — они сыграли определенную роль и в человеческой, и в писательской судьбе Лондона.