Первая спецслужба России. Тайная канцелярия Петра I и ее преемники. 1718–1825
- Автор: Симбирцев Игорь
- Год: 2006
- Язык: русский
- Год: Центрполиграф
- ISBN: 5-9524-2038-9
- Жанр: Военные
Электронная книга - «Первая спецслужба России. Тайная канцелярия Петра I и ее преемники. 1718–1825». Краткое содержание книги:
Повествование начинается со времен опричнины и продолжается описанием Тайного приказа Алексея Михайловича, Тайной канцелярии Петра I и Екатерины II, Тайной экспедиции Павла I и Особой канцелярии Александра I. Автор рассказывает о формировавших и возглавлявших их ярких и неоднозначных фигурах — Иване Грозном, Петре Толстом, коварном после-разведчике Бестужеве.
Важный вопрос в этой истории, касающийся непосредственно Толстого, вот в чем. Из всех дальнейших событий вокруг Алексея можно сделать только один вывод: прощение, обещанное Петром, заранее было ложным, Алексей в случае возвращения в Россию в любом случае был обречен, если не на плаху, то на тайную ликвидацию. Знал ли Толстой заранее о том, что Петр приговорил царевича уже тогда, когда отправлял Толстого из Парижа в Австрию? На этот вопрос отвечают сейчас по-разному, нам же остается только догадываться. Я думаю, что Толстой точно знал, что Петр под каким-то предлогом нарушит свою клятву и царевича в России убьет, даже если сам царь и не сказал своему тайному советнику о таком решении. Слишком Толстой был умен, слишком многое понимал и слишком хорошо был знаком с турецким опытом решения таких династических споров. Уверен, он знал, что выманивает Алексея из его убежища на смерть, но делал это без колебаний, как нужное для государства и своего правителя дело, как когда-то дал стакан отравленного вина мятущемуся подьячему Тимофею в своем стамбульском доме.
Этой истории посвящено много исторических и художественных книг, она дала много сюжетов нашему и мировому кинематографу. На мой взгляд, один из самых удачных фильмов на эту тему — наш отечественный «Царевич Алексей», а внутри него очень большие актерские удачи — Петр в исполнении актера Алексея Петренко и Толстой в исполнении Станислава Любшина. Толстой у Любшина получился именно таким, каким он видится во всей этой трагедии. Вкрадчивая скороговорка уговоров, переходящая в косвенные угрозы, и хитрый прищур глаз опытного искусителя. Любшин сыграл так, что внимательному зрителю видно — царевича выманивают для расправы. Не знаю, считает ли сам актер эту роль своей звездной и насколько глубоко он изучал образ своего героя, но сыграл он его блестяще не за счет внешнего сходства, а внутреннего характера.
Толстой с Румянцевым сопровождали, а фактически конвоировали царевича до Москвы. На всякий случай через Вену его провезли так, чтобы исключить его встречу с императором Карлом и возможность одуматься, опять попросив того об убежище. Карл узнал об этом, когда экипаж Толстого с царевичем уже покинул Вену и двигался к границам его империи. Австрийский император, отдадим ему должное, решил до конца исполнить данное им царевичу слово. Он приказал губернатору Богемии графу Колоредо остановить всю компанию до австрийской границы и из пределов Австрийской империи не выпускать до тех пор, пока тот лично от Алексея не услышит, что тот возвращается к отцу по доброй воле и с гарантиями его прощения за бегство.
Колоредо приказ своего монарха исполнил и 9 декабря 1717 года экипаж царевича остановил в Брно. К нему вышел Толстой и в беседе один на один с царевичем категорически богемскому губернатору отказал, тогда путь толстовскому экипажу преградили австрийские солдаты. После нудных переговоров Толстой дал согласие на разговор Колоредо с царевичем только в присутствии собственном и полковника Румянцева, а обработанный ими до разговора Алексей подтвердил губернатору добровольность своего выезда в Россию. Последнее препятствие было снято, солдаты австрийского императора отступили по приказу губернатора, и карета помчалась в Россию навстречу трагедии.
Ефросинью под предлогом трудной для беременной женщины дороги оставили пока в Болонье, пообещав Алексею скорую встречу с любимой дома. Но встретятся они уже только в подвале Петропавловки, куда обоих доставят под арестом, а их ребенок будет после рождения немедленно умерщвлен. Так что император Петр Алексеевич в этой истории убил чужими руками не только сына, но и родного едва родившегося внука, и обоими убийствами руководил его верный слуга и глава политического сыска его империи Петр Толстой.
В январе 1718 года печальный конвой под началом Толстого прибыл в Москву, где царевич встретился с отцом и вместо обещанного полного прощения в Кремле получил от того ультиматум: выдать всех, кто способствовал побегу, и тем сохранить свою жизнь. Царь уже нарушил привезенное Толстым в Неаполь обещание, теперь жизнь в ссылке с Ефросиньей после официального отказа Алексея от прав на престол он мог купить только предательством друзей. И сломленный царевич пошел на это, он никогда не был героем. Его показания против Кикина и других соратников перевели дело царевича в следственное дело о заговоре этой группы против царя. Толстой и в этом процессе принял самое деятельное участие.