Белый конь на белом снегу
- Автор: Скрыпник Александр Петрович
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Правда
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «Белый конь на белом снегу». Краткое содержание книги:
За восемнадцать лет работы в «Правде» Александр Скрыпник объездил всю страну от Балтики до Сахалина, от Бухты Провидения до Кушки, встречался с множеством людей. Герои его очерков — не выдающиеся деятели. Это простые люди, на которых, как говорят, земля наша держится: сталевар и ткачиха, сторож на колхозном току и капитан рыболовецкого сейнера, геолог и лесоруб. Но каждый из них — личность.
Об их жизни, их труде, победах и потерях, об их страданиях и борьбе за правду в этой жизни, об их душевном мире и беззаветной преданности делу эта книжка.
Книга выходит под редакцией В. Парфенова
Вступительная статья И. Шатуновского.
— Значит, и депутат ты?
— Депутат горсовета, Иван Иванович.
— Ну расскажи-ка, как же ты людям-то служишь.
Мацков свою депутатскую деятельность расценивал весьма скромно и все отнекивался. Но учитель был настойчив, говоря: «А зачем же я вас учил? Чтоб людям служили, а не просто так для себя жили».
И Мацков рассказывал.
Признаться, когда Мацкова депутатом избрали, он отнесся к этому довольно спокойно. Ну, вроде бы так положено — передовой бригадир, два ордена, член райкома. Ну вот и депутат.
Но чем больше он вникал в дела, приходил к выводу, что работа его и другого такого же, как он, депутата связана с делом, которое он делает непосредственно на производстве. Вот сидит он на заседании постоянной комиссии по быту. Слушает. Говорят, что, мол, плохо химчистки работают. А он-то при чем? И тут ему поручают проверить работу химчистки «Прогресс».
— Чем же я помогу им?
— А вы проверьте. Посмотрите, что и как. После посоветуемся, — предложил ему председатель комиссии.
Пошел он в один приемный пункт. Плохо работает. Одеждой завален. Клиенты нервничают. «Вот, черт, — подумалось, — и я иной раз так же тут нервы мотаю. Как же после этого на работу-то?..»
Заглянул к механику. «У тебя что?» «Стоит машина. Запчастей нет». «А что в машине-то?» «Двигатель перемотать — проволоки не разживешься». В другом пункте тоже машина стоит. «А у тебя чего?» «Да вот пустяк — болт выточить — проблема». «Ремонтируют где?» «В объединении своя служба». «Ходил?» «Ходил. У них там два токарных станка, да и те развалюхи».
Мацков — в объединение. А ему там говорят: «Все правда, станки нам дают старые. Подумаешь, мол, быт...»
Ну и всыпал же жару Мацков на заседании комиссии! Это как же старые им станки? Быт! А от него, может, настроение каждого моего монтажника зависит и каждого металлурга, и каждого токаря!
— Механик с пункта химчистки идет на соседний завод, просит болт выточить. А он что, для себя лично? (Это Мацков на комиссии ставит вопрос). — А такое возьмите дело: горы белья лежат — нет машин, чтоб на фабрику отвезти. Говорят, экономия горючего. На быте, мол, можно экономить. Нельзя так! Потому что это на человеке отзывается. На нашем рабочем горбу это отзывается!
Мацкова перебили:
— Ну ты это уж загнул...
А Мацков на своем стоит:
— Ничего не загнул. Сколько времени в очередях по прачечным, по химчисткам, по мастерским теряем. А время-то это для отдыха нужно. Потому что — не отдохнешь, какой же из тебя работник!?
И еще посмотрите — где у нас все эти прачечные, мастерские, химчистки? Как правило, в подвальных помещениях. Вроде быт — дело второстепенное. А оно вон как выходит!
Сегодня в Челябинске двинулось новое дело — создание комплексных приемных пунктов, приближение их к производству. Как хочется ему, Мацкову, чтоб пошло это дело шире и глубже.
— ...Вот так живу и работаю, — заключил свой рассказ Мацков. Старый учитель сказал:
— Выходит, недаром тебе звание Героя дали. Я ведь грешным делом думал: Героя только за производственные успехи дают. Выходит, за добрую душу тоже. И депутатом Верховного Совета РСФСР тебя тоже, значит, недаром избрали...
Он еще долго гостил у Ивана Ивановича Беспалова и его сына. И о многом было говорено.
А дома его ждали новые дела, новые многотрудные заботы. С ходу отправился в очередную командировку на реконструкцию доменной печи, и все там было бы хорошо. Да вот беда — бригада опять с бору по сосенке, своих мало. Свои, старики, в Челябинске остались — там тоже дел по горло. Но домой вернулся, и новые хлопоты — то сессия горсовета, то опять же депутатские заботы по быту, а еще — заседание бюро райкома. Пришел как-то с одного такого заседания, а кто-то из старых его коллег мимоходом так, без зла, правда, бросил:
— Леонтий, чегой-то не того твоя бригада. Мужики опытные и надежные, а не того...
И вдруг грустно стало Мацкову. Вдруг он представил, что говорят о нем мужики, ежели он по восемь — десять заседаний в месяц высиживает. Что ж еще они могут сказать о таком бригадире? Сам был монтажником, знает... Да, задумаешься...
Тут еще дела домашние. Но здесь ему уж грех обижаться. Старшему своему сыну Владимиру он еще после девятого класса сказал:
— Хватит бить баклуши на каникулах. Пойдешь на лето монтажником.
— К тебе?
— Еще чего? В бригаду Лозенского Владимира Васильевича.
Пошел. Поработал. Армию отслужил, отец ему говорит:
— Ну что, в политехнический?
— Туда. На вечерний.
— А чего не на дневной?
— Ты что? Я не дождусь, когда в свою бригаду вернусь.