Мы никогда не умрем
- Автор: Баюн София
- Серия: Мы никогда не умрём #1
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Мистика
Электронная книга - «Мы никогда не умрем». Краткое содержание книги:
Мартин, которого еще никто не зовет Милордом, придумывает себе рыбку и дом в темноте сознания Вика, чтобы чувствовать себя настоящим человеком. У настоящих людей есть настоящие друзья, и он знакомит Вика с девочкой по имени Риша.
Риша, которой еще ни к чему чужое имя, хочет сбежать от своей роли в чужие — она мечтает о театре. Ей должна помочь женщина по имени Мари.
Мари хочет рассказывать истории. Она знает, как из детской мечты, светящейся рыбки и плохих декораций сделать идеальный спектакль, камерную кровавую драму.
Идеальному спектаклю, который поставит Мари, нужен эффектный финал.
Идеальный спектакль Мари обязательно кончится эффектно.
Иллюстрации — Ирина Кварталова и Demi Urtch.
Мартин читал, сидя в кресле — недавно он обнаружил, что обладает фотографической памятью, и прочитанные книги ему удается воплощать из воспоминаний. Пришлось придумывать лишние полки на стены.
Поэтому приход Вячеслава Геннадьевича оставался незамеченным, пока он не подошел к Вику со спины и не положил руку ему на плечо.
Вик вздрогнул, и кружевной мир расползся обрывками ткани, оставив привычный, показавшийся ему удивительно серым и невзрачным.
— Как ты себя чувствуешь?
— Мне лучше. Спасибо вам, вы… меня спасли.
— Ты сам себя спас. Твой отец уже дома, я с ним разговаривал. Он уберет за собой, все отремонтирует, и через два-три дня ты сможешь вернуться к нему. Скажи мне, Вик, ты хочешь к нему возвращаться?
— Я… мне некуда идти. Вы ведь не станете предлагать остаться у вас?
— Нет, — честно ответил Вячеслав Геннадьевич. — Но я могу устроить тебя в хороший приют. Не местный, в городской. Его директор — моя знакомая. Там хорошо. Регулярно кормят, дают хорошее образование… лучше местной школы. Будешь спать на чистом белье и ходить в отглаженных рубашках.
— Я стираю белье раз в три дня. И глажу рубашки каждый день. Не терплю грязи, — угрюмо ответил Вик.
«Мартин?..»
«Я не знаю, Вик. В его предложении есть смысл».
— Можно мне подумать?
— Конечно, — кивнул он, убирая руку с его плеча. — Ты умный мальчик, удивительно для твоего возраста. Ты точно примешь правильное решение… каким бы оно ни было.
Он ушел, плотно закрыв за собой дверь. Вик заметил оставленную им на краю стола кружку с чаем. На ней не было цветов. Кружка была стерильно-белой.
— Мартин… Ты хочешь в приют?
«В приюте будет безопасно, Вик. Его никто не подожжет. Никто не выпорет тебя, потому что ты попался под руку. Тебя будут кормить и учить. По-моему, в этом есть смысл. Правда, там могут возникнуть проблемы с детьми и учителями, я пока не знаю, что хуже».
Вик задумался.
Ему хотелось порядка и покоя. Хотелось учиться. Хотелось, чтобы вокруг было чисто, чтобы окружающий мир подчинялся логике и был предсказуем.
Его не пугали казарменные порядки, о которых он имел смутное представление по рассказам других детей редким прочитанным историям. Его не пугали возможные конфликты. Еще совсем недавно он хотел бежать из дома, а сейчас ему предлагали шанс, которым было бы глупо не воспользоваться.
Была только одна проблема.
— Мартин… если они о тебе узнают — тебя убьют. Ты знаешь?
«Да», — спокойно ответил он.
— Я не хочу.
«Никто не узнает. Я осторожен, Вик. И ты будешь осторожен. Ты хочешь уйти от отца? Давай. Этот человек опасен. А я не хочу… Вик, я едва нас не подвел. Что будет, если я не проснусь однажды, не успею тебя спасти? Сколько еще ты будешь есть то, что я смогу приготовить из макарон, яиц и того, что выросло за сараем?»
— Хорошо… Мартин, ты обещаешь, что тебя не найдут? — с отчаянием в голосе спросил Вик.
«Обещаю. Не бойся ничего, я всегда буду с тобой».
Жить с отцом становилось невозможным. К тому же Вик был не из тех, в чьей памяти зло может сгладить время. Та порка отзвенела болью и теперь глухо, шершаво разъедала память.
Отец предал его. Не захотел его любви.
Такого Вик тоже никогда не прощал. Он любил мало людей, и любил совсем не так, как часто любят дети. Свою любовь он ясно осознавал, и, предлагая ее, не прощал, если ее отвергали.
Раздался стук в дверь. Вик думал, что вернулся Вячеслав Геннадьевич, но это была Риша. Она прошла в комнату, приоткрыв дверь. Подошла к нему, низко опустив голову, села на табурет, сложила руки на коленях.
— Риш?..
Она медленно подняла на него глаза. Глаза у нее были красные, а кожа — фарфорово-белой. На ее лице закатные тени ложились жутковатыми пятнами, похожими на синяки.
— Вик, папа сказал… папа сказал, ты уедешь. Папа сказал, так надо. Что ты будешь жить в приюте. В городе. Вик, ты… ты говорил, что мы… Вик, я…
Она сделала попытку взять его за руку, но остановилась. Несколько секунд смотрела на протянутую руку, а потом глухо зарыдала, прикрыв рукавами лицо.
Он не стал ни о чем просить Мартина. Сам подошел к ней, обнял, и прижался лицом к ее волосам. Они пахли цветами. Свежими, живыми цветами. Где-то в серых прядях путалась пыльца — кажется, она недавно надевала на голову венок.