Паж и лилия (СИ)

-О, нет! Мне это не подходит, мой друг! - вспылил Маринус, - я хочу все слышать собственными ушами, к тому же если меня узнают и увидят, то я рискую лишиться жизни. Меня не очень-то жалуют господа Гизы. Поэтому отправляйтесь вы вниз.

-Меня они тоже не привечают, - ответил Шико и отвернулся от Маринуса, выпрямился во весь рост, и изловчившись перешагнул с одного балкона на другой. Там он первым делом заглянул в окно и убедился, что комната пуста.

-Ну что вы там застряли? - прошептал он Маринусу одними губами, практически изобразив это.

Маринус пригрозил Шико пальцем.

-А-а! Вы специально это подстроили! А-а! как я переберусь?!

-Перепрыгните!

Герцог в ужасе развел руками, так как из-за его маленького роста ему не представлялось возможным переступить это расстояние подобно Шико.

- Ну же, смелее! - подбодрил его Шико.

-Ах, у меня кружится голова!

-Вы еще и высоты боитесь! Что за неженка!

Маринус обиженно засопел и принялся заполошно бегать по балкону и комнате, размахивая руками и хватаясь за голову.

-А-а! Гадкий забияка! Он это подстроил! Я достану какую-нибудь дощечку, перекину ее и перейду по спасительному мостку!

-Бросьте эти выдумки! Сидите там! - рассердился Шико.

-А-а! Где же я достану дощечку? Я разберу пол! - Маринус скрылся в комнате.

-А ну стойте! - Шико перегнулся так, что мог достать почти до своего балкона, - не смейте ломать мой дом! А то я вас сам на дощечки разберу!

-Вы правы! Пол это долго разбирать! Что же делать? Я выломаю дверцу от шкафа!

-Только троньте мой шкаф!

-Что же делать? Как поступить! Ах, подлый Шико! Низкая душонка!

-А ну убирайтесь из моего дома, а то я возвращусь назад и поколочу вас!

-Ну ничего! Я что-нибудь придумаю!

-Мне некогда разглогольствовать с вами!

Шико вернулся в исходное положение и хотел было отправиться в комнату дома Маргариты, как Маринус взобрался на перила, собираясь перепрыгнуть.

-Пресвятая Пятница! Вы еще убейтесь, а потом свалите все на меня! - испугался Шико.

-Я прыгаю!

-Не надо!

-Ловите меня!

Маринус поежился от ледяного ветра и каким-то неловким образом прыгнул, руки его вцепились в перила одного балкона, а ноги все еще упирались в другой, так что он подобно колбасе растянулся между домами. При всем при том он пребольно ударился головой и содрал руку. Но ему хватило самообладания даже не вскрикнуть, так что никто не заметил произведенного им шума.

Шико, как можно быстрее и не прилагая особенных усилий, перегнулся через перила, схватил Маринуса и перетащил его на безопасное место.

- Ну что больно ударились? - пожурил Шико, заметив шишку на голове.

-Так себе.

Маринус был все еще вне себя от охватившего его приступа смелого безумства и не ощущал боли.

Шико криво улыбнулся, и взяв герцога за руку, чтоб он ненароком не наделал еще какого-то шума, увлек за собой в дверь комнаты. Они оказались в небольшой спаленке. Ее убранство состояло из скромной постели, устланной розовым шелком, письменного стола и большого сундука.

Из-за стены отчетливо доносились голоса. Шико понял, что немного просчитался, думая, что заговорщики собрались внизу, они были здесь, в смежной комнате. Совсем близко, и любой шум или шорох мог выдать непрошенных гостей. Маринус тоже это понимал, поэтому его губы побелели от напряжения, и он молча приблизился к стене, за которой находилась Маргарита и Гизы. Их разговор был хорошо слышен. Как будто все было подстроено, чтобы подслушивать тут. Шико, не издав ни звука, встал неподалеку от герцога Де Бурбон и обратился вслух . Тем более что вещи говорились более чем важные.

В соседней комнате.

Господа Гизы поднялись наверх в гостиную, где уж были Маргарита и её фрейлина. Марго попросила мадмуазель Ториньи уйти и подождать её на первом этаже.

- Ваше Величество, - Меченный поцеловал руку Маргариты, чуть дольше чем этого требовали приличия, задержав её руку в своей.

Королева заметно взволновалась, но поспешила взять себя в руки. Майен с глубоким поклоном поприветствовал Маргариту, так же как и Екатерина Монпансье, состроившая для случаю тихий и скромный вид.

- Мадам, - начал Меченый, - мы невероятно рады, вашему приезду.

Маргарита слушала молча.

- Да, вы наша надежда, наше спасение. Вы знаете, что наши дела идут не совсем успешно.

- Конечно, я это вижу.

- Только на вас мы можем иметь надежду, на ваш чуткий ум. Вы та, которая может превзойти в искусстве красноречии даже политиков и министров, - вставила герцогиня Монпансье.

- К чему вы ведёте сладостные речи? - сдержанно спросила Маргарита.

- Нас предали!

- Кто? Вы намекаете на кого-то конкретно? - испугалась Маргарита, думая что сейчас Гизы обвинят её. Хотя она, конечно, ни в чём не могла быть виновата.

- Мы говорим о герцоге Анжу.

- Франсуа?

- Он нас предал. Он переметнулся в лагерь короля.

- Это меня очень удивляет, тем более что Франсуа ничего мне не сказал. Ведь он всегда делится со мной своими мыслями, ни капли не скрывая.

- Да, сударыня, - раздражённо перебил её Меченый, - но видимо он и вас вводил в заблуждение. Он продажный глупец.