Финишер [ЛП]

— Думаешь, он… уборщик? — предположила Зефир, имея в виду распространенную теорию, которую придумала полиция, о том, что этот человек был кем-то, кто чистил улицы и избавлял их от особо опасных личностей.

СМИ распространили эту теорию по всем газетам и каналам. И все они были неправы.

— Нет. В его убийствах есть какая-то закономерность, — размышлял он вслух. — Он не убивает людей на улицах наугад. Его жертвы, по крайней мере те, о которых мы знаем до сих пор, все были девушками, которые хотели уйти с улиц.

— Значит, он держит их в деле? — голос Зефир был недоверчивым. — Но почему?

— Думаю, дело не только в этом, — Гектор пристально посмотрел на него. — Они его жертвы, но ты его цель. Он идет за тем, что, как он знает, важно для тебя, и подставляет тебя под удар. Вопрос в том, почему. Почему ты? И почему сейчас? Если он активно убивал более двух лет, почему только сейчас он начал подставлять тебя и подбрасывать ложные улики на место преступления? Что-то должно было спровоцировать его. И мы должны поймать его, пока он не натворил еще больше бед.

Альфа был согласен с каждым словом.

— Возьми с собой Жасмин и Виктора на последнее место преступления. Проверьте все. Поспрашивайте. Я хочу знать все, что кто-то мог видеть. И хочу знать, как связаться с человеком, оставляющим мне сообщения.

Гектор кивнул и ушел, закрыв за собой дверь.

Альфа включил экран компьютера, нажав на значок голоса в углу, который был специально разработан для его голоса.

— Вывести на экран запись с камер наблюдения от восьми вечера вчерашнего дня.

Иконка зажужжала, когда его команда была зарегистрирована, и через несколько секунд на экране появились разделенные экраны, показывающие различные ракурсы здания прошлого вечера. Все выглядело так, как и должно было быть. Он щелкнул по экрану, и изображение увеличилось.

Он услышал, как у Зефир перехватило дыхание, когда она наблюдала за ними на черно-белом экране: ее тело было полностью скрыто от глаз, когда он накрывал ее, его джинсы были спущены, когда он входил в нее, виднелась только ее стройная нога.

Кровь прилила к его члену, звук из динамиков напоминал о его тяжелом дыхании и ее хныканье. Он был большим, и его член был большим, и он не знал, как она приняла его, но, черт возьми, если бы ощущение ее влажной киски, обхватывающей его, не было лучшим, что он ощущал за долгое время.

Он расстегнул молнию на джинсах, доставая член, и почувствовал, как ее глаза метнулись к нему, когда он провел рукой по нему. Словно плотина внутри него дала трещину. Она не прорвалась полностью, но все больше и больше просачивалось наружу, и он хотел еще.

— Да или нет? — задал он ей тот же вопрос, что и раньше, придерживаясь своего решения оставить все на физическом уровне.