Босс скучает
- Автор: Тэя Татьяна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Босс скучает». Краткое содержание книги:
Прикрываю глаза, но сама тайком из-под ресниц наблюдаю за ним. Герман слегка хмурится, когда обдумывает ответ, потом быстро набирает что-то на клавиатуре, потом снова застывает. Пиджак он снял, а рукава рубашки закатал до локтей. Руки у него сильные и загорелые, словно он с пляжа вернулся. Кто знает, куда он теперь летает на выходные. Денег у Островского за последние годы прибавилось, может себе позволить. Вот мы и в разной весовой категории. Но так и должны было быть, наверное. При его светлой голове и гибкости мышления. К некоторым вопреки всему приходит успех. Он был неизбежен и в случае Германа. Несмотря на печальную историю с институтом, в которой я сыграла свою роль.
Он уже не мальчишка, а привлекательный мужчина, к которому я по-прежнему испытываю болезненную тягу. Пора бы уже это признать. Сегодня мы оба преодолели физический барьер. Так долго и так интимно Островский меня не касался ни разу с момента своего возвращения. И это его «поухаживаю за тобой» возымело ни один лишь лечебный эффект.
— Я всё, — сообщает Герман, встаёт и подхватывает пиджак со спинки кресла, только не надевает его.
— Отлично, я воды выпью и умоюсь, — опускаю ноги на пол и ищу туфли в темноте.
Он и обувь мою снял, какая забота.
Пошатываясь на высоких каблуках, я иду в ванную комнату, наклоняюсь над раковиной и плескаю себе пару пригоршней прохладной воды в лицо. Чудесно, может быть, это остудит огни на скулах.
Пытаюсь как-то навести порядок во взъерошенных Германом волосах, но с небольшим успехом. Ах, да ну их к чёрту. Остаётся только ходить с прямой спиной и сильно шеей не крутить, иначе боль резкими толчками бьёт по вискам.
В бизнес-центре уже пусто и включен вечерний дежурный свет. Цоканье моих каблуков кажется самым громким на свете звуком. Я бросаю короткий взгляд на круглые настенные часы на первом этаже. Боже, уже начало двенадцатого. Проспала, считай, весь день.
В машине Германа быстро становится тепло и уютно, мягкая подсветка приборной панели — единственный источник света в салоне. Островский кидает пиджак и пальто на заднее сиденье, а я как заворожённая смотрю на его обнажённые предплечья, словно это самая привлекательная часть мужского тела, которую я когда-либо видела в своей жизни.
— Возьми завтра выходной, — нарушает Герман молчание, выезжая со стоянки.
— А можно и послезавтра заодно, — шучу я.
— Не наглей, — тихо посмеивается Островский.
— Должна была попробовать, — жму плечом, а потом, вспомнив кое-что, принимаюсь рыться в сумочке. — Вот, — выуживаю ключи. — Возвращаю.
— Положи в бардачок.
Островский сосредоточен на дороге: она, в общем-то, относительно свободная, но в такой поздний час на центральной магистрали города всегда полно лихачей, желающих погонять по историческому проспекту.
Кидаю ключи в указанное место и смотрю на профиль Германа, желая и не желая задавать вопрос, крутящийся у меня на языке. В итоге — решаюсь. На меня снисходит какой-то странный пофигизм. Может, моё состояние тому виной, может, излишне интимные касания Германа, может, то, что я проспала добрую часть суток в его присутствии.
— У тебя на кухне… То фото… оно… его… зачем его сохранил? — наконец, нахожу я правильную фразу.
— Перебирал после возвращения вещи и нашёл.
Наверное, если бы я не смотрела так пристально на руки Германа, то пропустила бы момент, когда его пальцы сильнее сжали руль. Но я всё же заметила, как на несколько секунд побелели костяшки.
— Ты их, что, печатал тогда?
— Пару-тройку, — неопределённо отвечает он.
Герман молчит, больше ничего не добавляет, и мне становится неловко.
— Ты когда-нибудь ещё в Рио был после того раза? — зачем-то спрашиваю я.
Может, мне хочется полоснуть по больному. Иногда это помогает прийти в себя, потому что сейчас я явно куда-то не туда заруливаю. Помню, как мы мечтали о повторном совместном путешествии, которому не суждено было состояться, а теперь мне интересно, ездил ли он ещё когда-либо туда или возил кого-нибудь по нашим местам.
— Нет.
Ответ короткий и лаконичный. Зато разом снимающий ряд вопросов. Я не жду никакого продолжения, но Герман внезапно добавляет:
— Мне хотелось запомнить город таким, каким он был с тобой, — после этих слов он притормаживает у тротуара и быстро бросает: — У тебя лекарство дома какое-нибудь от головной боли есть?
— Эм… да… нет… не знаю… было какое-то, — отвечаю невнятно, так как Герман меня своей короткой ремаркой сбил с мысли.
— Схожу-куплю, я быстро.
Когда остаюсь в салоне машины одна, медленно выдыхаю. Оказывается, находиться рядом с Германом так долго чревато неконтролируемым перекрытием кислорода.