Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
свист дикий. На толковишах они наших не бывали, как мы
живем — не знают — и тискают горбатого. Брешут як цуцики.
Y меня папа украинец, он часто так говорил о брехунах.
— Ты про Павла Инженера доскажи. Он что и вправду
инженером был? — не унималась Аня.
— Замки открывал хорошо. За это и кличку ему дали
Инженер. Я долго прожила с ним... Почти год... Потом друго
го встретила, потом еще, и еще...
— А с конвоиром-то ты где встретилась? — вполголоса
спросила Аня, оглядываясь кругом.
— Не услышит Аврора. Она в том углу притырилась... В
позапрошлом году. Барыга он был. Шмотки темные ему мой
мужик сдавал. Потом в армию его взяли...
— Мужика твоего?
— Нет, Аня... Мужик с поличным погорел... В штрафняке
концы отдал... Мусора этого в армию взяли. Он в конвойную
команду попал. В прошлом году по этапу вез меня. И теперь
везет... Я слышала, как Прасковья Дмитриевна с Варварой
Ивановной говорили... Поняла я кое-что...
— Ну и какой же ты вывод сделала, Ася? — с интересом
спросила Елена Артемьевна.
— По справедливости говорила Варвара Ивановна. Боль
ная Аврора... Здоровая... Риту за вас чуть не дернули, а вы
за Аврору мазу держите...
— Заступаюсь? — уточнила Елена Артемьевна.
— Ну да, — согласилась Аська, — я нарочно подошла к
мусору: за Риту отмазаться хотела. Аврора — падло. Такие
123
отца убили и мне подписку дать хотели... И вас, и всех сюда
загнали... А вы говорргге, Аврора несчастненькая, бедная, не
троньте ее... Риту — можно, Аня — пусть сдохнет. Весь вагон
на воду кинут, а Аврора права? Воровка я, а Крейсер хуже
меня. В сто раз хуже!
— Что ж, Аська права, — задумчиво сказала Аня.
— Крейсер! — грозно крикнула Аська.
Безыконникова подняла голову, но не двинулась с места.
Ася подошла к ней вплотную.
— Бить будешь? Бей! — закричала Аврора.
— Еще раз стукнешь мусорам — начисто сделаю. И ска
жу, что сама расшиблась. Не поверят — за тебя больше пятеры мне не привесят. Двадцать пять схвачу, но сделаю тебя, —
не повышая голоса, предупредила Аська.
Аврора молча, со злобой посмотрела на нее.
— Держись, сука! — закричала Аська.
Перед глазами Авроры блеснуло лезвие безопасной бритвы.
— Спа-си-те! — завопила Аврора.
Ни единого звука в ответ.
— Я по шнифтам мойкой полосну! Ослепнешь! Вытекут
шнифты на пол. — Аська выразительно повела лезвием безопас
ной бритвы перед глазами Безыконниковой.
— Не лезь ко мне! Не боюсь я твоей бритвочки, — вопила
Аврора.
— Y меня и месорило есть. — Никто не заметил, когда и
откуда в руках Аськи появился складной нож.
— Что тебе надо? — со страхом спросила Аврора.
— Будешь стучать? Запорю!
— Ася! Перестаньте! — крикнула Прасковья Дмитриевна.
Аська или не услышала ее слов, или сделала вид, что не
услышала.
— Отвечай, мусор! — прохрипела Аська.
— Ася! Не надо! — попросила Рита. Она схватила Аську
за руку и смело взглянула ей в глаза.
— Отойди, Рита, — злобно отмахнулась Аська.
— Не убивай ее, мне страшно, — лицо Риты покрылось
лихорадочным румянцем. В глубоко запавших глазах светились
мольба и страх, губы болезненно вздрагивали.
124
— Я ее не трону, Рита. Пока... — пообещала Аська, неохот
но пряча нож. — Скажи спасибо Рите. Сделала бы я тебя,
Крейсер.
Безыконникова с ненавистью смотрела на Аську.
— Ася! Подойди сюда!
— Сейчас, Прасковья Дмитриевна. Рита, отойди, я Крей
серу пару слов скажу. Не трону я ее... Будешь стучать —
ночью задавлю. — Аська приблизила свои губы к лицу Безыконниковой. — Будешь?!
— Не буду, — с трудом выдавила Безыконникова.
— И учти! Я тебе не они... До утра не доживешь!
— Учту, — с плохо скрытой злобой униженно пробормо