Жатва [СИ]

– Ама, можно ли улететь на пилоне?

– Пилон способен в режиме автопилота возвращаться на одну из заданных для него посадочных площадок в зиккуратах Багровой пасти или в крепостях Дозора. Но для этого нужно согласие главы дома, контролирующего пилон в данный момент. Главы домов во время турнира командуют жнецами дистанционно.

Зар-раза! А была идея угнать эту пирамиду и попытаться улететь на ней куда глаза глядят… Ладно, Ян, думаем дальше.

Я прополз к соседнему окну и снова выглянул.

Гракхи продолжали сортировать людей. При этом довольно жестко. Понаблюдав за ними, я понял, что в левую шеренгу они отставляли тех, кого собирались загнать в пирамиду, и таких набиралось едва ли один из десяти. Остальных рассортировывали по группам и уже начали загонять в ближайший дом.

Но небольшую группку двое типов в шипастых доспехах повели в сторону, за пределы освещенного кострами участка. Я покрутил колесико бинокля, приближая изображение. И невольно вздрогнул.

Едва доведя бедняг до места, чужаки начали убивать. Буднично, деловито, быстро – перерезая глотки или всаживая клинки куда-то в заднюю часть шеи. Жертвы одна за другой падали замертво, некоторые дергались в конвульсиях. Кто-то попытался бежать, но их быстро настигали ударами в спину. На все ушло секунд пятнадцать, не больше, и на земле валялось с десяток трупов.

От этого зрелища холодок пробежал по хребту. В основной толпе тоже многие увидели расправу. Толпа загудела, до меня долетали отдельные выкрики. Кто-то даже снова попытался оказать сопротивление. На этот раз целая группа мужчин, человек десять. Но даже двоих арранов хватило, чтобы раскидать их и жестоко подавить попытку бунта. Убивать, правда, никого не стали, только жестоко избили.

Я укрылся в простенке между окнами.

– Да что они творят-то, ублюдки…

– Вероятное всего, избавляются от порченых гелотов, – откликнулась Ама, восприняв это как вопрос. – Больных, слабых, страдающих заразными заболеваниями, способными передаться другим…

– Заткнись! – прошипел я.

Зажмурился, несколько раз глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. С трудом удалось заставить себя выглянуть снова.

Грань пирамиды, развернутая в мою сторону, снова ярко светилась – в ней образовался прямоугольный проем, в который вереницей загоняли людей. Относительно немного – человек двадцать. В основном женщины, дети.

Сердце вдруг ёкнуло, а потом заколотилось с удвоенной силой. Я закрутил колесико бинокля – как назло, фокусировка сбилась. Еле успел выхватить взглядом деталь, за которую зацепился.

Акула.

Тряпичная серая акула с белым брюхом, больше полуметра в длину. Дурацкая мягкая игрушка из Икеи, которая почему-то очень понравилась Лиске. Так понравилась, что она вот уже с полгода даже спит с такой в обнимку. Жориком называет.

Силуэт светловолосой девочки, крепко сжимающей акулу под мышкой, мелькнул всего на пару мгновений, быстро тая в прямоугольнике яркого света. Женщина, которая вела девочку за руку, исчезла внутри пирамиды и того раньше. Но девочка чуть задержалась, замедлила шаг, начала оборачиваться…