Все грехи мира. Книга IV

Для перемещений по дому преступник использовал зажжёную керосиновую лампу, опасаясь, что её стеклянный колпак может упасть при неудачном движении и послужить источником шума, он заблаговременно его снял. В доме преступник провёл несколько часов, рассматривая гениталии убитой Лины и наслаждаясь содеянным. Чтобы свет керосиновой лампы не увидели с улицы, Келли завесил окна одеждой. Перед рассветом он покинул место преступления, предварительно отмыв от крови топор и загасив лампу. Вышел он из дома через парадную дверь, которую запер и ключи от которой унёс с собою.

Подобное признание рождало множество вопросов и не объясняло некоторые детали, но главное было сделано — преступление в Виллиске спустя пять лет можно было объявить раскрытым!

Уже 4 сентября 1917 г. в обстановке крайней спешки открылся судебный процесс над Джорджем Келли, который продлился практически без перерывов три недели. Обвинение вытащило всё «грязное бельё» преподобного, которое смогло отыскать, и картина получилась впечатляющей — Келли действительно выглядел моральным уродом, педофилом, зацикленным на сексе неврастеником. Это было невозможно — да и ненужно! — опровергать. Но в том, что касалось событий ночи с 9 на 10 июня 1912 г., всё выглядело отнюдь не столь очевидным.

Очень скоро на процессе стали выясняться крайне неприятные для обвинения детали. Прежде всего, представлялся крайне маловероятным тот способ проникновения в дом, который описал Келли в «своих» признательных показаниях.

Знакомые и родственники Сары и Джозии Мур однозначно утверждали, что погибшие всегда проверяли окна и двери дома перед сном. Можно было, конечно, допустить, что один раз они забыли закрыть дверь в кухню, но чтобы именно в эту ночь в дом решил проникнуть убийца… уж, извините, такое совпадение выглядело слишком невероятным.

Не выдерживала критики та последовательность событий и действий убийцы на месте преступления, которую описал Келли в показаниях от 31 августа. И адвокат преподобного совершенно справедливо указал на это. Лина Стиллинджер (единственная из всех жертв преступления!) имела защитную рану на предплечье, а это означало, что в момент нападения девочка не спала и успела прикрыть голову. Получив первую — ещё несмертельную рану — она должна была вскрикнуть. Неважно, сколь громким мог быть этот крик, но он обязательно разбудил бы Сару и Джозию Мур, спавших прямо над комнатой Лины и Айны Стиллинджер. Звукоизоляция в дощатом доме была аховая, тогда ещё не знали изолона, пенопласта и синтетической ваты! А это означает, что убийца никак не мог застигнуть супругов Мур врасплох, спящими в кровати, взрослые люди наверняка бы отреагировали бы на возню и крик внизу.

По мнению адвоката супруги Мур должны были погибнуть раньше сестёр Стиллинджер, поскольку только в этом случае картина преступления могла бы соответствовать той, которая была фактически обнаружена утром 10 июня в доме. И наконец, самым неприятным для обвинения открытием явилось то, что обвиняемый не знал сколько именно человек он убил. Из зачитанного в суде признания следовало, что Келли утверждал, будто им убито 6 человек. По его мнению, в детской спальне второго этажа находились двое детей. Келли искренне удивился, узнав на перекрёстном допросе, что детей у четы Мур было четверо. Более того, обвиняемый ничего не знал о том, что Герман и Бойд Мур спали в одной кровати. Так как же он их убивал?!