Благословенный год. Улыбка судьбы
- Автор: Бинчи Мейв
- Серия: Благословенный год #2
- Год: 2008
- Язык: русский
- Год: Мир книги
- ISBN: 978-5-486-02471-9
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Благословенный год. Улыбка судьбы». Краткое содержание книги:
Мод и Саймон уверенно раскланивались в своих накидках, килтах и огромных брошках Тары, как будто овации были для них обычным делом.
- Дорогие гости на свадьбе Марион и Гарри, - зачитал Саймон с листа. - Я, Саймон Митчелл, хочу поприветствовать вас в Ирландии, тех из вас, кто здесь еще не был. Мы с Мод исполним для вас джигу с очень подходящим названием «Поторопись на свадьбу». Хотя в вашем случае вы уже здесь. На свадьбе, - улыбнулся он всем.
- О господи, пусть они начнут танцевать до того, как он продолжит рассуждать, - вздохнула Кэти.
Но ей не следовало беспокоиться: Саймон кивнул пианисту, дети встали в позицию, руки высоко подняли, ладони соединили, носками правых ног отстукивая ритм, подождали, пока отзвучит вступление, и затем начали. Им громко аплодировали. А потом вперед выступила Мод.
- Дорогие гости на этой свадьбе, я надеюсь, вам понравилась джига. Сейчас мы с Саймоном исполним танец под названием «Иди на запад вдоль дороги». Что не совсем верно для вас, потому что вы ехали на восток, чтобы добраться сюда, но такое уж название у танца.
Она отложила бумагу и снова встала в торжественную позицию, ожидая музыки. Они танцевали, не обращая внимания на то, что публика боролась со смехом над их стремлением и решимостью объяснить все и расставить все точки над «¡». Кэти поймала взгляд Тома. Он протянул ей бокал.
- Ты улыбаешься! - отметил Том с притворным удивлением.
- Конечно, разве это не восхитительно? Мускулы все еще работают, - отозвалась Кэти.
- Входи, входи. - Джеймс Берн суетился, приглашая Шону в комнату, где он аккуратно разложил четыре яркие подушки и расставил две вазы с цветами. Она принесла с собой бутылку вина. Он искусно изобразил восторг, посмотрев на этикетку:
- Мой бог, австралийское шардоне, чудесно! Выглядит отлично, очень интересно!
Он изучал бутылку, как знаток может изучать какое-нибудь марочное вино на специализированном винном аукционе. Это дало время Шоне прийти в себя. Она оглядела комнату. Вещи были безлики. Возможно, это арендованная меблированная квартира. Они уселись друг против друга, и она увидела на столе тарелку с большими оливками и маленькую корзинку с хлебом от Тома Физера. Джеймс Берн определенно прилагал огромные усилия: заводил разговоры о вине, погоде, о том, легко ли она нашла дом. Настала очередь Шоны поддержать разговор.
- Когда вы переехали в Дублин? - спросила она.
- Пять лет назад, - ответил он. - Сразу после того, как Уна умерла.
- Она умерла? Мне очень жаль. - Но голос Шоны остался холодным.
- Да, это было грустно.
Она не спросила, что случилось, было ли все мирно, или она умирала долго и медленно. Не задала ни один из тех вопросов, которые обычно задают, услышав, что умер человек. В комнате повисло молчание. Шона задала один вопрос, теперь мяч на его стороне, предложение должно прозвучать от него, пусть Джеймс Берн отвечает за направление разговора. В конце концов он заговорил:
- Уна никогда не была сильной, простые вещи - подняться по лестнице или заправить кровати - ей казались очень сложными. Что скажешь сейчас? Ты понимала это, живя с нами?
- Нет, я не знала. Наверное, думала, что любая домашняя жизнь такова, потому что не знала другой. Я не знала, на что похожи другие дома, пока не потеряла тот, в котором жила.
Он печально посмотрел на нее.
- Она никогда уже не была прежней, после того как ты ушла, - сообщил он.
- Я не ушла, меня заставили, выгнали.
- Шона, я пригласил тебя сюда не для того, чтобы снова начинать эту словесную перепалку, которая не принесла нам ничего, кроме слез и горя.
- Зачем же вы тогда пригласили меня? - Она осознала, что, с тех пор как вошла, ни разу не назвала его по имени. Но как ей называть его? Папа? Мистер Берн.
- Я думаю, что пригласил тебя, потому что хотел сказать тебе, какую огромную дыру ты оставила в наших жизнях, с того дня все круто изменилось.
- С того дня, как вы сдали меня без борьбы, говоря, что таков закон, - поправила Шона с застывшим лицом.
- Но, Шона, самое ужасное, что это действительно был закон, - ответил он, и слезы выступили на его глазах.