От французской революции конца XVIII века до Первой Мировой Войны
- Автор: Чубарьян Александр Оганович
- Серия: История Европы. #5
- Год: 2000
- Язык: русский
- Год: НАУКА
- ISBN: 5-02-010082-Х
- Жанр: История
Электронная книга - «От французской революции конца XVIII века до Первой Мировой Войны». Краткое содержание книги:
Для историков, широкого круга читателей.
Не пора ли и в самом деле было положить конец террору? Влиятельные деятели партии монтаньяров так не считали. Одни из них, такие как Робеспьер, Сен-Жюст и Кутон, исходили из того, что, пока контрреволюция не сломлена окончательно, пока не восторжествовали истинно республиканские добродетели — патриотизм, гражданственность, самоотверженность, — рано складывать оружие. Другие, более циничные деятели правящей группировки, такие, как Колло д’Эрбуа, Фуше, Баррас, Тальен и Фрерон, запятнавшие свою репутацию бесчинствами во время подавления федералистского мятежа, выступали за продолжение террора, потому что понимали: с восстановлением законного порядка им придется ответить за свои злодеяния. Те и другие лишь искали предлог, чтобы убрать с дороги «снисходительных».
Такой предлог представился, когда обнаружилось, что «снисходительные» замешаны в финансовом скандале, связанном с ликвидацией Ост-Индской компании. 30 апреля было принято решение об аресте Дантона и Демулена. Об этом Дантона тотчас же предупредили его друзья, предложившие ему бежать за границу. Уверенный в том, что популярность служит ему надежной защитой от преследований, Дантон отказался от этого предложения, заметив: «Нельзя унести родину на подошвах своих башмаков». Спустя несколько часов он вместе с другими «снисходительными» был арестован. Они предстали перед Революционным трибуналом и 5 апреля были казнены.
Расправа с «бешеными», эбертистами и «снисходительными» не только не сняла тревогу монтаньяров за будущее революции, с которой они неразрывно связали свою судьбу, но, наоборот, сделала их еще более подозрительными. 20 июня 1794 г. Конвент принял декрет о реорганизации Революционного трибунала. Фактически он означал торжество беззакония. После принятия этого декрета террор приобрел еще более разнузданные и дикие формы, чем ранее. Согласно этому декрету, задачей Революционного трибунала являлось не правосудие, а наказание «врагов народа». Понятие «враги народа» истолковывалось в декрете столь широко, что при желании кого угодно можно было подвести под это определение. Единственной мерой наказания для «врагов народа» объявлялась смертная казнь. Декрет освобождал судей от необходимости тщательного расследования всех обстоятельств дела подсудимого, а также от соблюдения законов: «единственным руководством для вынесения приговора должна быть совесть присяжных». Декрет обязывал всех граждан доносить на «врагов народа» и даже предоставлял каждому право их лично задерживать и передавать властям.
Террор лишь приумножил число врагов монтаньяров. Панический страх, который они испытывали перед «врагами народа» весной 1794 г., свидетельствовал о том, что они сознавали падение своего влияния в обществе.
Нуждаясь в средстве сплотить вокруг себя народ, монтаньяры обратились к религии. Необходимость духовной связи, объединяющей всех граждан, ощущалась ими особенно остро потому, что разрыв революционной Франции с католицизмом казался бесповоротным. В конце 1793 г. страну захлестнула волна дехристианизации, сопровождавшаяся закрытием и разграблением храмов, глумлением над предметами культа, насилиями над священниками (даже принявшими гражданское устройство церкви). Толчок этому движению был дан декретом от 5 октября 1792 г. о введении нового революционного летосчисления и календаря. Началом нового летосчисления объявлялось 22 сентября 1792 г., т. е. первый день существования во Франции республики. Устанавливались новые названия месяцев по 30 дней в каждом, число которых оставалось прежним — 12. Недели упразднялись и заменялись декадами. Последние пять (в високосном году — шесть) дней года объявлялись праздничными и назывались «санкюлотидами». Согласно новому календарю, день принятия этого декрета датировался 14 вандемьера II года республики.
Дехристианизация сопровождалась насаждением нового гражданского культа, связанного с празднованием годовщин событий революции (например, Дня федерации 14 июля) и почитанием мучеников революции, к лику которых был причислен среди прочих и Марат. Его прах был помещен в Пантеон — усыпальницу великих людей, основанную еще Учредительным собранием в 1791 г. Туда же были перенесены останки Вольтера и Руссо. Попытка создания светской религии воплотилась в культе Разума, празднование которого состоялось 10 ноября 1793 г. Однако Робеспьер, не одобрявший крайностей дехристианизации, остался равнодушен и к новому культу Разума, тем более что инициаторами его создания были эбертисты и дантонисты. Робеспьер противопоставил ему культ Верховного существа, связанный с прославлением гражданских добродетелей. По докладу Робеспьера 7 мая 1794 г. Конвент принял декрет, которым вводилась новая государственная религия, призванная заменить католицизм и укрепить единство республики; 8 мая состоялось помпезное празднование нового культа, распорядителем которого был художник Луи Давид. Все дома Парижа были украшены трехцветными флагами и другими символами революции. Собравшись в Тюильрийском саду, парижане направились через весь город к Марсову полю. Во главе праздничной процессии шествовал Робеспьер, за ним — депутаты Конвента, держащие в руках букеты из хлебных колосьев, цветов и фруктов. На Марсовом поле участники манифестации исполнили гимн в честь Верховного существа и поклялись в вечной ненависти к тирании.