Расчет с прошлым. Нацизм, война и литература [litres]

Подобные книги становились активным подспорьем нацистской партии в осуществлении агрессивной, захватнической политики. К этой группе литераторов принадлежал, к примеру, Эрвин Гвидо Кольбенхайер с его антиинтеллектуализмом и антирационализмом, проповедник идей биологической исключительности «северной расы» и великой миссии «германской сущности». Он еще во времена Веймарской республики был симпатизантом нацистских бредней, а в 30-х демонстрировал всячески свою приверженность и верность гитлеровскому режиму. Не последним среди пронацистских литераторов был Ганс Фридрих Блунк, занимавший в 1933-1935 годах пост президента «имперской палаты письменности», автор романов, воспевавших достоинства и преимущества все той же нордической расы и создававший псевдоисторические, замешанные на мистике романы. «Партийным певцом» нового режима был Вилль Веспер, чьи сочинения были исполнены шовинистского духа, рьяный поклонник и певец древнегерманского варварства и «героической традиции» немцев.

Блунк был и заместителем президента Прусской академии искусств. Председателем академии после ее «чистки» и массового притока новых членов стал, как уже говорилось, Ганс Йост, один из главных апологетов нацизма. Пресса выражала надежду, что в новом составе академия будет «лучше и действеннее сохранять для своего народа» духовные ценности, благодаря чему немцы смогут «в своем возрождении черпать из произведений мастеров своей культуры» нацистские идеи.

Необходимо пояснить: с разрывом в несколько месяцев, т. е. почти одновременно, была произведена упомянутая «чистка» Прусской академии искусств и создана – под непосредственным руководством министра просвещения и пропаганды Геббельса – «имперская палата культуры». Она подразделялась по «отраслям» – делами литературы стала заниматься «имперская палата письменности». Общей задачей всех руководящих культурой органов была унификация и подавление в зародыше всякой крамолы, всего, что наци считали вредным, и поддержание всего «полезного». Понятно, что при таком подходе все те писатели, которые составляли честь немецкой литературы и были известны и читаемы за границей, оказались не просто лишними, но и опасными, и от них избавлялись, как уже сказано, разными способами: вынуждали эмигрировать, а кого-то бросали в концлагеря. Эрих Мюзам, подвергшийся пыткам, погиб в 1934 году в Ораниенбурге. Нобелевский лауреат публицист Карл фон Оссецки умер после истязаний.