Мой адрес - Советский Союз!
- Автор: Марченко Геннадий Борисович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Мой адрес - Советский Союз!». Краткое содержание книги:
Мне показалось или в голосе ректора прозвучал лёгкий сарказм? Насколько я знал Заостровского, в прошлом фронтовика, дошедшего до Берлина. Человек он был порядочный, и хотелось верить, что не отдаст меня на растерзание этому чинуше.
— За что же меня исключать? — с самым невинным видом поинтересовался я. — Пусть мне объяснят, что я такого сделал.
— Ах, вы не понимаете, — негромко, но чётко произнёс Виктор Николаевич, глядя на меня сквозь линзы очков в золотой оправе. — То есть это не вы избили моего сына? Да ещё ударили подло, исподтишка, со спины! И теперь ещё неизвестно, какой тяжести повреждение вы нанесли Алексею, окончательный диагноз будет поставлен после полного обследования.
В кабинете повисло гнетущее молчание. Язовский-старший смотрел на меня, Заостровский куда-то в сторону окна за моей спиной, а я подумал: надо же — в этом помещений собрались трое с фамилиями, у которых одинаковое окончание.
— Скажите, а как вы воспитываете своего сына? — спросил я, глядя прямо в глаза собеседнику.
— Что значит, как я воспитываю сына? — с недоумением в голосе произнёс тот. — Не знаю, кто и как вас воспитывал, но своего Алексея я воспитываю в духе патриотизма, любви к Родине…
— А заодно, как бить слабых и беззащитных женщин, — подытожил я.
— Алексей никого не бил, это поклёп, — дёрнулся он.
— Да? Однако имеются свидетели. А травматолог зафиксировал у потерпевшей гематому во всю щёку и сотрясение мозга.
Я посмотрел, как меняется лицо Язовского, и вытащил из рукава последний козырь:
— Вчера пострадавшая подала заявление в милицию. Учитывая, что наши правоохранительные органы всегда на стороне правых, ещё неизвестно, чем всё закончится.
Заостровский, вскинув брови и, поджав нижнюю губу, покосился на гостя. Мол, не ожидал? Тот же при всей своей внешней невозмутимости, чувствовалось, всерьёз озадачен только что услышанным и сейчас соображает, что сказать в ответ.
— Что ж, я смотрю, вы из молодых, да ранних, — процедил он. — Ведь это вы надоумили эту девушку взять справку и пойти написать заявление?
— Какая разница, кто кого надоумил, — довольно бесцеремонно ответил я. — Следствие разберётся.
— Покровский, — одёрнул меня ректор, — ты бы вёл себя поскромнее. Перед тобой всё-таки секретарь отдела городского комитета партии.
— Вы извините меня, Фёдор Петрович, но эта должность не только не даёт право товарищу Язовскому творить всё, что заблагорассудится, но, напротив, накладывает на него дополнительную ответственность. Человек должен служить ярким примером того, как должен себя вести ответственный партийный работник, на деле мы видим совершенно противоположную картину. Пользуясь служебным положением, Виктор Николаевич попросту покрывает своего сына, посмевшего поднять руку на женщину.
Вот тут Язовского прорвало. Ноздри затрепетали, щёки налились румянцем, он выскочил из кресла, словно подброшенный пружиной, и оказалось, что росточку в нём всего ничего. Так что нависнуть надо мной у Виктора Николаевича не особенно получилось.
— Да как ты смеешь?! Как ты смеешь так со мной разговаривать, сопляк?! Да я тебя…
Вот тут и я встал, и, глядя на чиновника сверху вниз, медленно и негромко начал говорить:
— Не стоит горячиться, Виктор Николаевич, а то мало ли — вдруг апоплексический удар хватит… Давайте без эмоций. Суду будут предоставлены все факты, и он, я уверен, разберётся, кто прав, а кто виноват. И экспертиза насчёт побоев вашего сына будет проведена независимая, а то ведь вы могли подговорить врача написать нужное вам предварительное заключение. Я бы на вашем месте, Виктор Николаевич, постарался бы дело до суда не доводить, решить дело миром. Правда, я не знаю, что вы такого можете предложить пострадавшей, чтобы она забрала своё заявление. Но это уже вам решать… Фёдор Петрович, может, я пойду? А то учиться охота — сил никаких нет.
Заостровский, тоже успевший принять вертикальное положение, крякнул от неожиданности, ослабил узел галстука и выдавил из себя:
— Конечно, Покровский, ступай, учись. Стране нужны квалифицированные кадры.
Стараясь сохранять на лице невозмутимое выражение, я неторопясь покинул кабинет, и только в приёмной позволил себе расплыться в улыбке. Надо же, сам от себя не ожидал такой эскапады. Хотя не рано ли радуюсь? То, что я осадил Язовского-старшего, ещё ничего не значит. На самом деле я не далеко не был уверен, что если и случится суд, то кто будет истцом, а кто ответчиком? Виктор Николаевич ведь вполне может и на меня в суд подать. Вернее, его сын (он-то уже половозрелый, как и Полина, чтобы подавать заявления в милицию), но понятно, что за всем этим будет стоять Язовский-старший. Я представил картину, как в один день в одном и том же суде сначала судят меня, а на следующем заседании — Язовского-младшего. Сюрреализм какой-то!