Дисперсия (СИ)

На самом деле я раньше не испытывал к кому-то особого влечения. Этого “волшебного” чувства, которое Мэри звала бабочками в животе, у меня не было до тринадцати лет. Как я тогда внезапно осознал, что влюблен в человека, да еще и своего пола, для меня до сих пор оставалось загадкой. Может, Вильгельм был прав, и я себя лишь убедил? Тогда почему этот человек не выходил из моих мыслей. Возвращался, даже после того, как сделал большой перерыв. Какое-то время я вообще о нем не вспоминал. А уж это желание, которое у людей может возникать даже при виде не достаточно хорошо знакомого человека… Бывает же, просто приспичит вспомнить старое. Я вдруг понял, что мне его хочется… просто хочется. Не в том плане, как обычно — увидеться и поговорить. А вот именно так, как бывает у «нормальных» людей. Так я понял, что брат Мэри из моей головы никуда исчезать не собирался. Он там удобно обустроился и решил играть с моим сознанием в самые неприятные для меня игры. Принять этот факт было не очень легко. Не потому, что он был парнем, нет. Такими предрассудками я не страдал. Но то, что я его… хотел… и делал все это с мыслью о человеке, которого знал лично, с которым говорил… Складывалось ощущение, будто я как-то нечестно поступаю с ним, оскорбляю его честь. Сначала накатывало неконтролируемое желание, мысли были связаны лишь с одним. А потом, когда отпускало, я чувствовал нарастающее к себе отвращение. К Джо я не чувствовал ничего, никакого желания не было. А ведь она была во всем идеальная. Почти. Она была не тем человеком.

Джо пригласила меня после бара к себе, что было необычно для нее. Она по-прежнему жила с родителями, но на этот раз они, видимо, где-то задерживались. И, по ее же словам, она воспользовалась этим моментом, чтобы побыть со мной наедине. У нее на этот вечер были «особенные» планы. Я пришел где-то ближе к двенадцати часам, и около часа с половиной провел, смотря с ней какую-то романтическую комедию. Чтобы хоть как-то развеять атмосферу, Джо достала легкий алкогольный напиток — сидр. Мы поделили только одну бутылку, вторую она не осилила, и я решил сыграть сам с собой в игру: каждый раз, когда мне хотелось пускать в ход едкие комментарии в сторону героев фильма, я делал один глоток. Это помогало не портить просмотр Джо, и при этом угомониться. Ближе к концу меня стало клонить ко сну, и я практически уснул, пока не заметил, что девушка меня практически засосала. Джо, походу, не заметила, что я постепенно начинаю засыпать, и решила приступать к действиям. А я ведь и не сопротивлялся, зачем? Хоть мне и было неприятно, желания особого не было, но жалость к попыткам Джо достучаться до меня отмела от меня мысли оттолкнуть ее. Почему-то в ней мне мерещился я сам. Примерно так же, скорее всего, я вел себя с Гордоном. С разницей лишь в том, что никогда не лез целоваться с языком. Джо пересела с дивана ко мне на колени. Точнее она каким-то странным образом уселась ближе прежнего, уместившись так, что одна моя нога была между ее двух. Сонливость не давала мне в полную силу осознавать все эти ее намеки, а Джо и не понимала, что отсутствие сопротивления у меня еще не значит ничего. Потому что я был сонный, твою же мать. Она плавно перешла от моего рта к шее, тяжело и томно дыша мне прямо на ухо, и стала покрывать шею поцелуями. Только когда она слабо задела своим коленом мой пах, я опомнился и дернулся.

— А, что?! — меня все это время будто утягивало в болото, и я был в тумане. Он резко исчез, и я стал понимать, что нужно прекратить это действие.

— Рикки, — у меня от этого мерзкого и неправильного сокращения имени все внутри сжалось неприятно и больно. Я слегка оттолкнул от себя Джо, оправдался кое-как, мол, мне нужно в уборную и, оставив ее в недоумении, понесся прочь. Пока она не поняла, что бегу я от нее.

Включив воду, я уставился на свое отражение. Черт, засосы. Зачем люди вообще их оставляют? Красные полукруги кровоподтеков на коже шеи прямо как доказательство того, чем мы чуть не занялись. Если бы я не очнулся, Джо бы даже не догадалась, что пятьдесят процентов моего сознания не здесь. Я помнил то, что она со мной делала, но словно был не рядом. Точнее, тело было будто не мое. Такое случалось иногда на уроках или дома, а порой даже в дороге. Я просто двигался по инерции, но сознанием был в другом месте. Только резкое движение постороннего лица по отношению ко мне могло вернуть меня с небес на землю. С треском свалившись обратно, в свое материальное тело, я словно просыпался и уже полностью мог управлять им. Как и в ту ночь с Джо.