Шофёр Тоня и Михсергеич Советского Союза
- Автор: Горюхин Юрий Александрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Шофёр Тоня и Михсергеич Советского Союза». Краткое содержание книги:
Юрий Горюхин главный редактор журнала «Бельские просторы». Финалист премии Белкина. Дважды финалист премии имени Юрия Казакова. Лауреат премии им. Ст. Злобина. Шорт-лист премии имени Бажова. Шорт-лист Чеховского конкурса «Краткость – сестра таланта». Заслуженный работник культуры РБ.
Содержит нецензурную брань.
Фосса представил увешанное автоматами белое тело Маргариты Кагол и тоже, поиграв желваками, согласился:
– Выдающаяся! Со мной пойдешь, Кэприсия, на стреме будешь в машине сидеть! Пальто только надень…
Часть бойцов «Сайерет Маткаль» окружила виллу, и перекрыла близлежащие дороги.
Получив последнее подтверждение о том, что Абу Джихад находится в своем кабинете, МОССАДовцы дали отмашку. Первым был убит личный телохранитель, дремавший в автомобиле, припаркованном у ворот виллы. Ворота взломали гидравлическим домкратом, проникли во двор и тут же убили второго телохранителя, мирно сидевшего на ступеньках дома Абу Джихада, а потом убили третьего телохранителя, тоже мирно сидевшего на ступеньках дома Абу Джихада рядом со вторым телохранителем, после чего искрошили автоматными очередями дверной замок и ворвалась внутрь виллы.
Дверь в полуподвал была не заперта. Стас с Василием беспрепятственно вошли в слесарку, одновременно спотыкнулись о валявшиеся на полу кирзовые сапоги и одновременно шарахнулись от телогреек, висящих на гвоздях, вбитых в стену. Успокоились и, осторожно ступая по бетонным ступенькам, медленно поднялись на второй этаж ЖЭУ. У двери с табличкой «Бухгалтерия» остановились, подались назад, потом с разбегу выбили плечами дверь. Братья влетели в небольшое помещение с тремя столами, платяным шкафом у одной стены и стеллажами, забитыми распухшими папками, у другой. Одинокие полированные столы отражали тусклый фонарный свет из окна, приставленные к ним пустые стулья не отражали ничего, просто навевали грусть.
– Даже несгораемого шкафа нет, – шепотом оценил обстановку Василий.
– Щас! – вытянул ящик письменного стола Стас.
Карандаши, ручки, бумаги с круглыми печатями и угловыми штампами рассыпались по полу.
– Щас! – Стас вытянул остальные два ящика из письменных столов.
– А чего мы ищем?! – вдруг громко спросил Василий брата, – тут же одна канцелярия!
– Во! – Стас поднял над головой портянку серой бумаги, разлинованную на мелкие квадратики, и сощурился: – Талоны!
– На водку хоть?! – тоскливо поинтересовался Василий.
– Не! – Стас бросил талоны на пол, – на мыло!
– На бельевую веревку поищи! – внезапно вспыхнувший в комнате свет резанул братьям Загогуйлам по глазам, бригада слесарей-сантехников с тяжелыми разводными ключами, кувалдами и огнетушителями наперевес грозно ввалилась в бухгалтерию, – вяжи мазуриков!
– Наконец-то! С утра вас жду! – сенатор Роберто Руффилли сам открыл дверь и махнул рукой в сторону журчащей где-то в конце коридора воды, – нельзя ли побыстрее, мне надо успеть принять душ, прежде чем идти к премьер-министру Чириаку де Мита! Надеюсь, вам известно, что я его советник! И, вообще, сенатор! Но это так, к слову.
Фосса в оранжевой униформе водопроводчика, с чемоданчиком в правой руке и разводным ключом в левой шагнул за порог. Руффилли, прежде чем захлопнуть дверь, встретился с напряженным взглядом сидящей за рулем маленького Фиата Кэприсией. Девушка понравилась:
– Крошка с вами? Ну тогда я беру свои слова обратно, я бы в вашем случае и сам не торопился ко всем этим кранам, смесителям, канализациям – тьфу! Позовите ее, я полчаса назад открыл бутылочку кьянти и вино уже подышало!
Фосса вздрогнул и побледнел:
– Нет! Она не пьет!
– Да полноте, молодой человек! Нельзя быть таким ревнивцем! Всего глоток солнечного кьянти! Скажу вам по секрету: кто ревнует, у того рога растут! Ха-ха! – Руффулли высунул голову за дверь и весело крикнул: – Крошка! Бокал вина, козий сыр, оливки, хрустящая французская булка! Неужели вы откажетесь?!
Кэприсии вдруг стало не хватать воздуха, она часто испуганно задышала и, не смотря на строжайший запрет Фоссы привлекать какое-либо внимание, завела тут же взревевший на весь квартал двигатель старенького Фиата. Руффилли опять расхохотался:
– Молодой человек, я все знаю!
Фосса медленно поставил чемоданчик на пол. Руффилли снова хохотнул:
– Вы со своей девушкой из одной деревни и только что нашли в городе работу сантехников! Ха-ха!
Фосса сунул руку за пазуху. Руффилли оборвал смех:
– Уважаемая сельская молодежь! В большом городе нельзя быть такими буками! – и возмущенно посмотрел на чемоданчик: – Что же вы его на пол поставили?! Я вам еще полчаса назад сказал, что опаздываю! Меня премьер-министр…
Фосса вдавил в солнечное сплетение Роберто Руффилли ствол никогда не подводившей его беретты и стал нажимать на спусковой крючок до тех пор, пока не выпустил всю обойму.
Абу Джихад, услышав шум, сразу все понял. Он резко выдернул ящик стола, на пол упали карандаши, ручки, бумаги, любимая беретта, Абу поднял пистолет и подскочил к двери кабинета. Его четырнадцатилетняя дочь и жена с двухлетним сыном тоже все поняли, выбежали из спальни на балкон и стали заклинать Аллахом охранников, полицию, сердобольных соседей. Фешенебельный пригород возможно не спал, но заниматься делами этих увальней-полицейских, не понятно за что получающих их, налогоплательщиков, деньги, не спешил, в полицейском участке тоже не спешили заниматься делами этих увальней-телефонистов, не понятно за что получающих деньги из городского бюджета, который один на всех.