На руинах Константинополя. Хищники и безумцы

Казалось, что, следуя вдоль Большой стены по городским полям и пастбищам, можно очень быстро добраться от Пятых военных ворот до Золотых, где находилась отцовская ставка.

Но в итоге Тодорис, ещё даже не приблизившись туда, увидел на башнях зелёные флаги. Это означало, что стены уже захвачены турками и ехать в ту сторону нельзя.

Возле стен было заметное движение. Издалека не получалось хорошенько разглядеть, но, судя по всему, в Город въезжала турецкая конница, поэтому Тодорис развернул лошадь и помчался через поля на восток. Скоро впереди должно было показаться одно из ответвлений улицы Месы, соединявшее Золотые ворота и центр Города, а там и до дома недалеко.

Тодорис стремился добраться до дома, хотя сейчас там не было ни отца, ни старших братьев — лишь прислуга. Достаточно было того, что он знал о потайном шкафчике, где хранились семейные ценности. Достаточно было, что он знал о тайном проходе из библиотеки в подвал.

Юноша не собирался бежать, а просто хотел переждать в тайном месте опасные дни. По традиции всякий военачальник, овладев крупным городом, отдаёт его своим войскам на разграбление, которое длится в течение трёх дней, после чего снова устанавливается порядок и законы начинают соблюдаться. Это означает, что те, кому удалось спрятаться, после окончания дней грабежа могут безбоязненно выйти. Их уже не захватят в плен и не ограбят.

«Великий Турок, конечно, поступит, как все, — говорил себе Тодорис. — А после я разыщу родных и помогу им выкупиться из плена». О том, что отец или братья могут оказаться убитыми, не следовало даже думать. Ведь турки же не дураки, чтобы убивать таких знатных пленников! Что бы ни говорил василевс о том, что в случае поражения всем жителям Города придётся умереть, Тодорис в это не верил.

Вот почему юноша, увидев зелёные флаги на башнях, поспешил домой, чтобы спрятаться. А иначе пришлось бы выкупать из плена ещё и самого себя. Зачем семье эти расходы?

Меса в этой части города выглядела не столько улицей, сколько сельским трактом, а по обочинам стояло много усадеб, окружённых садами и огородами, поэтому Тодорис, увидев усадьбы, решил ехать напрямик. С ходу перемахнув через деревянную изгородь, окружавшую какие-то грядки, он чуть не налетел на человека с мотыгой, занятого работой и не сразу заметившего, что на него кто-то мчится.

В другое время человек с мотыгой, наверное, принялся бы ругаться, что всадник топчет урожай, но сейчас земледелец лишь испуганно взглянул на Тодориса, ненадолго остановившего лошадь, и спросил:

— Что? Что случилось? Скажи, господин, прошу.

— Турки захватили Город. Спасайся, как сможешь, — ответил Тодорис и поскакал к Месе, которая уже виднелась в отдалении.

Ещё несколько раз по пути приходилось остановиться. Люди, видя скачущего всадника, выбегали на дорогу, размахивая руками, и просили рассказать, нет ли новостей. Тодорис отвечал, а затем, торопясь дальше, слышал позади себя испуганные крики и горестные вопли. Он чувствовал, как за спиной рушится прежняя жизнь, но надеялся, что новая будет не так уж плоха.