До Невозможности Настоящая

— Ты ошибаешься, — внезапно произнёс Женя.

— Ошибаюсь? Что, прости?

— Ты не прав в том, что она ещё ребёнок.

— Почему?

— Потому что, пока ты… я не хочу тебя обидеть, но пока ты был занят Наташей, я много времени проводил с Наной. Из-за этого могу с уверенностью заявить, что она далеко не ребёнок, а созревшая, взрослая личность. Хоть и со своими замашками, ну без них никуда. К тому же очень чувствительная, — добавил спустя пару секунд.

— К чему ты это сказал?

— Сказал что?

— То, что она очень чувствительная.

— Из того, что я сказал выше, ты услышал только — чувствительная?

— Нет, не то чтобы… просто мне показалось, ты сделал акцент именно на этом.

— Ничего я не делал, — грозно произнёс он.

— Ты считаешь меня виноватым в том, что мало уделял ей времени в последние дни?

— Ничего я не считаю, закрыли тему. Поделился новостями о её взрослении, ничего большего.

Что он так завёлся? Он точно что-то от меня скрывает…

— Хорошо, допустим, я признаю, что отдалился от неё, но сегодня, обещаю, буду с ней, сколько она пожелает.

— Только сегодня будешь?

— Нет, и в другие дни буду, ты же знаешь, я на первых порах на шаг от неё не отходил.

— Да, знаю, но что изменилось?

Хм… интересный вопрос, и правда, что?

— Жень, прошу, не начинай, я понимаю, что виноват.

— В чём ты виноват?

— В том, что с Наташей совсем замотался, да и ещё эта работа…

— Рад, что ты это понимаешь.

— Я обещаю, что я исправлюсь!

Пронзающе посмотрел на меня: «Надеюсь» — и отведя взгляд в сторону, замолк.

Возникло минутное молчание, и слышно только, как сопит Нана, а мы с Женей смотрим друг на друга, как дети в первом классе, которые только знакомятся.

— Есть хочешь? — вымолвил он, разрушив окутавшую нас тишину.

— Да не откажусь.

— Тогда пойдём, у меня, правда, осталось только полпиццы с колой, пойдёт?

— Ещё как! — помнил о том, что нельзя будить её, но всё равно прокричал.

— Отлично и, говорил же, не кричи.