Настольная памятка по редактированию замужних женщин и книг
- Автор: Шапко Владимир Макарович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Настольная памятка по редактированию замужних женщин и книг». Краткое содержание книги:
Журнал «Волга» (2021 год)
В ужасе похолодела: да ведь вторым мужчиной в этой шведской семье будет брат, родной брат женщины!.. Вот додумалась так додумалась кощунница.
— Мама, ты чего? — затряс плечо Ярик. И два шведа бросили игру и вылупились.
Справилась с собой:
— Ничего, всё хорошо. — Приказала: — Руки мыть и ужинать.
В субботу брат уезжал. И отпуск заканчивался, и сожительница ждала. С которой он то сходился, то расходился.
Плоткин не мог поехать со всеми на вокзал, не мог бросить работу, зато для Зиновьевой на всю редакцию прокричал. Громче её самой:
— Лидия Петровна! Сегодня уезжает ваш родной брат, который у вас гостил. Уезжает к себе домой, в Вологду. Вы можете поехать, проводить его. А мы вас прикроем! Верно, господа?
Редакторы одобряюще загалдели: прикроем, Лида, прикроем, не сомневайся!
На московском вокзале, в начале платформы, втроём ждали поезд на Вологду. Низко висящий модерновый потолок походил на аллигатора в шипах. Ярик посматривал, жался к Сергею. Тот, приобняв его, как бы успокаивал. Из рюкзака дяди, конечно же, торчали нарды.
— В общем, Лида, моё мнение о нём ты знаешь. Не раздумывай, соглашайся. Как решишься, позвони, пожалуйста. Мы с Галей приедем. Я с работы отпрошусь.
— Когда, когда приедете? Дядя Серёжа? — сразу забыл про аллигатора Ярик.
Дядя наклонился к племяннику и вместе с ним посмотрел на Зиновьеву:
— Это от мамы твоей зависит.
А? Мама? Мама почем-то отвернулась, закрутила головой.
Показался поезд. Неторопливо полз, приближался.
Зиновьев быстро снял рюкзак и выдернул нарды. Ярику протянул:
— Держи, племяш! Будешь играть с дядей Гришей!
— А вы? — Мол, как же без них останетесь? Дядя Серёжа? Ведь инкрустированные, ручной работы?
— Ничего, я другие закажу. Не хуже будут… Ну, родные мои… — Обнял сестру и племянника вместе с коробкой.
Видели потом, как он протискивался в низком, словно бы игрушечном вагоне, цепляясь рюкзаком за что попало.
Уселся наконец. Казалось, разлёгся у самого пола. Рукой помахал, поехал.
Шли за поездом, тоже махали.
Потом мать повернулась к сыну:
— Ну, и что теперь делать мне с коробкой твоей?
— А ничего не сделаешь теперь, — ответил храбрый сын. — Подарок.
5
В обед раздетая Пшёнкина лежала на диване в ногах у Витальки, свернувшись клубком. Подрёмывала. Савостин лежал на животе, но умудрялся писать. Удерживал себя на локтях: «Удар ноги в пах, и отсечённая голова. И дальше Артур двигался бесшумно, на четвереньках словно пантера. Артур впереди заметил часового. Хотя он стоял за деревом, Артур слышал его бурное дыхание алкоголика. “Счас я тебя, гад, достану” — прошептал Артур и покачал в руке клинок убийства. “Н-на, гад!”»
— Ну чего ты пинаешься, Виталя, — дёрнулась сзади Пшёнкина. — Поспать не даёшь.
Вот ещё зараза. Сбила всё. Ещё раз лягнул. Нарочно. Без Артура.
— Ну, Виталя.
— А ты не разлёживайся. Собирайся. Муж дома ждёт, ха-ха-ха!
Смеялся. Как Артур с превосходством.
Пшёнкину Вальку сразу смело с тахты. Злющая, как Регина, завыделывалась в ванную. Не любит, когда мужа упоминаю. Хотя видел его один только раз. На Невском. Везла в коляске. Ноги у доходяги мужа как плети. Пшёнкина остановила коляску. Хотела познакомить, стерва. Ещё чего! Мимо прошёл. После этого злится. Особенно когда скажешь «собирайся, муж дома ждёт, хах-хах-хах!».
Валентина Пшёнкина зло шоркала себя мочалкой в душевой кабине. Мерзавец! Ничтожество! Он, видите ли, писатель. С большой буквы. Са-вос-тин. Вы слышали о таком гениальном? Постоянно издевается над бедным Володей. Знал бы тот, с кем связалась его подлая потаскуха. Слёзы жгли, выедали глаза. Зажимала рот ладошкой, чтобы гад в комнате не услышал плача.
Савостин прислушался. Что-то долго подмывается, хе-хе-хе. Хорошо поимел шалаву. Довольна. Вот, явилась наконец. В полотенце завёрнутая. В кресле развернулась. Грудей почти нет. Хотя сама в теле. Стала хватать свои тряпки, прикрывать ими грудь, одеваться. Молчит, не смотрит, обиделась. Сейчас придёт домой: «А я у подруги была. Не скучал?» Как же, «у подруги», посмотрит доходяга чернобыльский из коляски. У «подруги». Ага. У которой прибор всегда в порядке. Ха-ха-ха!
Во-во, пошла. Опять как Регина. Вихляясь. Хлопнула дверью. Ну и хрен с тобой. Всё равно менять буду. Надоела.
Савостин из угла дивана дёрнул к себе ноутбук. Удобно уселся, раскрыл. Прошёл в Свой раздел в библиотеке Горшкова. Посмотреть, сколько посетили за сутки «Войну Артура». Не поверил глазам своим — всего двое. Два читателя! За сутки! Вот козлы так козлы-ы.