Светильник, зажженный в полночь, и другие пьесы
- Автор: Стейвис Барри
- Год: 1980
- Язык: русский
- Год: Прогресс
- Переводчик: Георгий Павлович Злобин
- Жанр: Другая драматургия
Электронная книга - «Светильник, зажженный в полночь, и другие пьесы». Краткое содержание книги:
Творчество Стейвиса отмечено масштабностью и остротой проблематики, выразительностью характеров, актуальностью сценических коллизий. Его пьесы — это драмы идей, здесь обретают голос известные исторические личности — Галилей, Джо Хилл, Джон Браун.
ДЖО. А что тут трудного? Вы трое подтверждаете решение суда первой инстанции. Я приговорен к смертной казни. Вы хотите, чтобы я был доволен вашим решением?
СТОУН. Я понимаю ваше состояние. Для вас это, конечно, нелегко.
ДЖО. Кто вы? Я вас не знаю.
СТОУН (спокойно). Генеральный прокурор Стоун, заинтересованный наблюдатель.
БИРД. Мистер Хилл, в рамках дозволенного мы сделали все. Наша миссия сводилась к тому, чтобы решить, судили ли вас по закону.
ПЕЙТЧ. Мы тщательно ознакомились с протоколом. Все юридические нормы были строго соблюдены. Все это занесено в протокол.
ДЖО. В протокол! Но ведь мой первый адвокат не защищал меня.
КУЛИ. В свободном обществе каждый человек имеет право выбора, но он обязан нести ответственность за этот выбор. Если обвиняемый избрал плохого адвоката, то это его беда.
ДЖО. Вас послушать — получается так: хотя у меня была негодная защита, сделать ничего нельзя, потому что к протоколу не придерешься. Мне, мол, просто не повезло.
СТОУН. Мистер Кули не говорил ничего подобного. Он сказал, что судьи тоже подчиняются закону и должны быть достойны высокого доверия, которым они облечены.
ДЖО. Я отлично понял, что он сказал. Можете не разъяснять. (Кули). Мое дело велось неправильно. Судите меня снова.
БИРД. Но как же это возможно?
КУЛИ. Уступить чувству и назначить новый разбор дела — это было бы нарушением прерогатив нашего штата. А нарушать прерогативы штата так же недопустимо, как и нарушать права обвиняемого, ибо права каждой стороны зиждутся на одной и той же основе — на полном равенстве.
ДЖО (Кули). Вам нет дела до правосудия. Вы используете закон во имя беззакония. (Кричит). Конвойный! Конвойный!.. Я знаю, зачем вы меня сюда вызвали. Вовсе не из добрых побуждений, а для того, чтобы ослабить мою волю к борьбе. Но я буду бороться всюду, во всех инстанциях. За этими стенами — целая армия. И она становится все больше и сильнее. Сражаясь за меня, она сражается за себя. Конвойный!
Конвойный входит. Джо протягивает руки.
Надень наручники. Уведи меня из этого смрадного гнезда. Я хочу дышать свежим воздухом тюремной камеры.
Конвойный бросает вопросительный взгляд на Кули.
КУЛИ. Уведите его.
Конвойный надевает наручники на Джо и уводит его. За ним следует Маршалл. Свет быстро тускнеет. Действующие лица застывают на своих местах. Наступает полная тьма. Когда свет снова загорается, на сцене — митинг, организованный Комитетом в защиту Джо Хилла.
ЭД. Как я уже говорил, открывая этот митинг, многие люди принимают близко к сердцу судьбу Джо Хилла. Это учителя и фермеры, торговцы и священники. (Указывает на преподобного Уайта). Преподобный Уайт, ваша сводка!
ПРЕПОДОБНЫЙ УАЙТ. Я здесь для того, чтобы принять участие в борьбе за жизнь трудового человека. (Читает свою сводку). Преподобный Генри Томас из Бостона пишет нам, что он организует Комитет защиты в своем городе. В Огайо возносились молитвы, дабы господь даровал коллегии помилований благоразумие и милосердие во спасение жизни Джо Хилла. Группа пасторов, католических священников и раввинов подготавливает обращение к президенту Вильсону, губернатору Уиду, членам коллегии помилований.
ЭД. Спасибо, преподобный Уайт… Хильда, твоя сводка!
ХИЛЬДА (с едва сдерживаемой гордостью). Здесь шестьдесят два доллара девяносто два цента. И на следующей неделе я соберу столько же, а может, и больше.
Возгласы удивления.
ЭД (поддразнивая ее). Хильда, чем же это ты занималась?
ХИЛЬДА. Люди в нашем городе прямо-таки объелись яблочными пирогами. Яблочные пироги — это теперь общественное дело. Их выпекает женский комитет, и все мы там объединились, разные вероисповедания, разные церкви. Четыре церкви для белых и одна негритянская. Двести шестьдесят четыре женщины. Для каждой установлена норма — четыре пирога в неделю. И мы не просто продаем пироги — мы объясняем, ради чего это делается. На каждого покупателя мы смотрим как на возможного участника нашей борьбы. Если дело и дальше так пойдет, то американцы вместо того, чтобы ходить на бейсбол, будут сидеть дома и уплетать за обе щеки яблочные пироги.
ЭД. Если бы таких, как ты, Хильда, было побольше в этом мире!.. Я хочу сделать небольшое сообщение об откликах из-за границы. Шведское правительство в обращении к президенту Вильсону выразило свою озабоченность судьбой Джо Хилла. Федерация металлистов Италии направила губернатору Уиду телеграмму, заканчивающуюся словами: «Освободите Джо Хилла…» Тридцать тысяч австралийских рабочих на массовом митинге приняли резолюцию, требующую немедленно освободить Джо Хилла… Бен, твоя сводка!