Танцы на стёклах

— Ты убедишь кого угодно, — усмехнулась, оглядев ее наряд. Черное коктейльное платье без бретелек, обволакивающее каждый сантиметр фигуры «песочные часы». У Беатрис роковая красота. Я поменяла свое отношение к ней. Она так носится со мной, помогает… совершенно искренне и безвозмездно. Волей-неволей проникнешься симпатией к человеку.

— Ты не теряйся, если что. Наших сегодня здесь будет много. И из твоего отдела тоже, — улыбнулась она, когда мы поднимались на лифте. — Я просто буду занята немного, и не смогу все время проводить с тобой.

— Конечно, я справлюсь. Взрослая девочка, — Беатрис скептически поджала губы, но промолчала. Даже на каблуках я выгляжу, как ребенок.

И все же, моя внешность играет мне на руку. Никто и никогда не ожидает от меня гадостей. Например, заявления в полицию или грубых слов… но я не ангел.

«Облака» очень уютное место с прекрасным видом на Манхэттен, хотя меня им уже не удивишь. Я подхожу к самому краю террасы и кладу руки на поручни, глядя на город — зеркальные небоскребы ослепляют, отражая солнечные лучи.

— Мелания, мне нужно пообщаться. Тебя с собой не зову. Разговор конфиденциальный, к сожалению, — деловым тоном сообщает Беатрис. В ее руке уже бокал шампанского. — И не нужно так нервничать. Улыбайся. Общайся. Здесь никто не кусается. Ты пришла сюда по приглашению, — ободряет меня она, и отправляется к дальнему столику, за которым сидят мужчины и женщины в вечерних костюмах. Каждый стол заставлен изысканными блюдами, но меня больше привлекает «зона отдыха» с диванами и шатром белоснежного цвета. Я намерена спрятаться от солнца там.

Иду по террасе к зоне отдыха и чувствую на своей открытой спине взгляды.

Я слегка нервничаю, и голос отчима из прошлого не дает мне покоя.

Поэтому, когда ко мне подходит Николас — тот самый парень, что звал в кино, и протягивает мне бокал шампанского, я, с благодарностью, принимаю его.

Я прекрасно помню, чем все закончилось, когда я пила в последний раз… но мне просто необходимо снять напряжение.

Мне не стоит волноваться. Это приличная вечеринка, а не логово разврата Мэтта Калигана.

Кстати, когда я входила в «Облака», я заметила одного молодого человека, который напомнил мне Мэтта. Это вполне мог быть он. Хорошо, что Саманта в Германии. Если бы она оказалась здесь со мной, неизвестно, какой истерикой закончился бы этот день. Слезами и тазиком шоколадного мороженого, как минимум.

— Ты выглядишь… нет слов, — Николас смотрит на меня в упор, его губы приоткрываются. Я вновь чувствую себя раздетой, и делаю большой глоток шампанского. А потом второй и третий. На голодный желудок.

— Смело, — он имеет в виду открытую спину, но вместо того, чтобы смутиться, я расправляю плечи. Плевать. Я замечательно выгляжу, и мне нечего стесняться.

Здесь нет Эдварда, здесь нет никого, кто бы мог давить на меня, и решать, что мне носить, как мне дышать и как жить.

— Спасибо, — расплываюсь в улыбке, поглядывая на людей, которые собрались в «Облаках».

На многих женщинах сияли дорогие бриллианты. Иногда их было так много, что это смотрелось чересчур броско. В ресторане играла живая музыка, и я полностью расслабилась, настроившись на прекрасный вечер.