Варвары ледяной планеты [ЛП]

— Вэктал, — говорит Джорджи с несчастным выражением на лице. — Ты не слушаешь меня. Я… даже не знаю, хочу ли я этот кхай.

От ее слов мое сердце превращается в лед.

— Ты должна. Это ведь смертный приговор…

— Только если останусь, — говорит она тихо. — Я не совсем уверена, но, если есть возможность наконец-то вернуться домой… — Джорджи опускает взгляд и смотрит в сторону. — Я просто еще не решила, понимаешь?

— А где твой дом, если он не здесь? — мое сердце начинает биться медленными, несчастными ударами. Джорджи говорит о своем намерении оставить меня, как будто не испытывает тех же чувств, что и я. Как будто ее сердце не разрывается от одной только мысли о разлуке. Мой кхай свел нас вместе, однако я горд, что она моя пара. В любом случае, мне не нужен никто другой. Ни сейчас, ни когда-либо еще. Об этом не может быть и речи.

Она поднимает руку, указывая на потолок пещеры.

— В небе. На самом деле очень, очень далеко отсюда.

Я смотрю на нее, сузив глаза. Я не понимаю.

— Я попала сюда на космическом корабле, подобном этому, — продолжает она. — На этой штуке твои предки попали сюда из другого места.

— Это — та самая пещера, откуда пришли мои предки, — не спеша соглашаюсь я. — Но она не летает.

Я представляю летающую пещеру, парящую по небу, словно птица. Даже сама мысль об этом просто смехотворна.

Джорджи в разочаровании издает какой-то вздох.

— Это — космический корабль. Ты знаешь, что такое космический корабль? — я по-прежнему сильно озадачен, а Джорджи, размышляя, барабанит пальцами по губе. — Это судно, которое плывет сквозь звезды, Вэктал. Ты же знаешь, что я не здешняя, верно? У меня нет кхай. И поэтому я не могу быть отсюда.

Я киваю, потому что знаю, что это правда. Но мысль о ее приезде сюда от… звезд… странная и невероятная. Непостижимая. Но есть нечто, на что у меня нет ответов. Ее странный язык. Ее одежда. Отсутствие у нее кхай.

— Ты… хочешь вернуться обратно к звездам?

Выражение ее лица преобразуется во что-то печальное. В бледных глазах моей пары на мгновение появляется блеск, влажность от непролитых слез.

— Не знаю. Думаю, что больше всего на свете мне ненавистно, что я не имею свободы выбора.

Значит, это не меня она ненавидит. Мой кхай снова начинает напевать у меня в груди. Я прижимаю к нему ладонь.

— Тогда я отправлюсь с тобой.

Ее слезы высыхают, и она издает тихий смешок. Тогда Джорджи приближается и своей здоровой рукой сжимает мою ладонь. Она прижимается к ней щекой и вздыхает.

— Я бы очень хотела, чтобы ты мог.

Я провожу пальцами вниз по ее мягкой щеке. Разве она не понимает? Куда бы она не отправилась, я с радостью последую за ней. Она — мое сердце, мой резонанс, моя душа. Моя пара. Меня глубоко печалит, что она так несчастна здесь, со мной.

— Даже если бы я захотела остаться, — говорит она тихо. — Я не могу принять это решение за остальных. Если есть шанс, что мы сможем вернуться домой, я должна позволить им самим решать за себя.