Железные амбиции. Мои победы с Касом Д'Амато [litres]

– У тебя больше шансов проиграть, чем у любого из бойфрендов девушки. Ты знаменит, зарабатываешь большие деньги, и твои дела идут в гору. Судебное разбирательство без веских доказательств поставит крест на твоей карьере. Общественность отвернется от тебя, и это будет означать конец всем твоим мечтам о помощи семье. Единственный выход, Флойд, – это фиктивный брак. Заплати опекуну. Это всего лишь деньги. Ты заработаешь в дальнейшем гораздо больше, чем он потребует сейчас».

Флойд ответил, что мечтает жениться только на одной девушке, Сандре Хикс, и его беспокоит ее реакция на сложившуюся ситуацию. Они посоветовались с отцом Маклисом из церкви Святого Розария – Флойд был новообращенным католиком. Далее он продолжает в своей автобиографии: «Естественно, отец Маклис возражал против любого супружества, кроме освященного церковью. Кас же утверждал, что фиктивный брак и выплата компенсации – единственный способ избежать громких газетных заголовков, публичного позора и конца моей карьеры будущего великого боксера. Мне было почти девятнадцать, девушке – шестнадцать. И мы отправились в Нью-Джерси, где была организована гражданская церемония. После этого Кас взял на себя все ежемесячные платежи. А я стал драться на ринге с еще большей решимостью, чем когда-либо».

Но есть и другая версия того, что произошло между Флойдом и девушкой, которую звали Глория Уонамейкер. Публикация появилась в мае 1957 года в журнале Confidential, одном из ведущих таблоидов. Мы отыскали эту заметку в бумагах Каса, которые хранились в коробках в нашем доме в Кэтскилле. Статья озаглавлена следующей фразой: «Мне пришлось заставить Флойда Паттерсона жениться, чтобы дать имя нашему ребенку». Эта цитата приписывалась Глории Паттерсон Шмидт, первой жене Флойда Паттерсона. Глория излагает свой вариант произошедшего. По ее словам, она была девственницей, а не подружкой «многих других парней», как писал Флойд. Ей было всего лишь пятнадцать, когда они с Флойдом встретились в их районе. Это случилось за несколько недель до того, как он должен был отправиться в Хельсинки на Олимпиаду, и ему захотелось встретиться с ней еще раз накануне отъезда. Она сказала, что ее родители – а не опекун – запретили ей идти на свидание. Флойд прислал ей из Финляндии «много писем», а когда он вернулся чемпионом, отец Глории, находясь под впечатлением от победы боксера, пригласил его на ужин. Прилетев с Олимпиады, Флойд в тот же вечер примчался к ней домой, а затем в течение трех месяцев они встречались каждый вечер. Затем Флойд стал склонять девушку к интимным отношениям. Она ответила ему, что хранит девственность и не собирается заниматься сексом до замужества. Согласно версии Глории, «Флойд продолжал настаивать и пригрозил ей, что, если она не ляжет с ним в постель, он найдет себе другую девушку, которая легко согласится на это». Ей не хотелось прекращать встречи с Паттерсоном, потому что он понравился ее родителям. В результате она уступила. Они впервые занялись сексом через несколько дней после того, как ей исполнилось шестнадцать. После этого они неоднократно повторяли свой опыт на диване в гостиной ее дома. В июне 1953 года она обнаружила, что беременна. Флойд обещал жениться, но шли месяцы, и ничего не происходило. Отец девушки надавил на Флойда, она также настаивала, после чего Паттерсон якобы заявил: «Я все обдумал и решил не жениться. Если я вижу огонь, зачем мне прыгать в него? Чтобы сгореть?»