Сочинения в трех томах. Том 1

 — Обряд! Тест! Не можете ли. вы изъясняться понятнее? — неискренне возмутился Макдональд. — Я не против такой игры, но, прежде чем ввязаться, предпочитаю усвоить правила и оценить степень риска.

 — Боюсь, что это игра без правил, — со скрытой горечью заметил Смит.

 — Почему? — не согласился итальянец. — У меня создалось впечатление, что мы ведем диалог с неким компьютером, который пытается оценить нас по всем параметрам.

 — И даже позволяет корректировать техническое задание на дисплее? — поддразнил Макдональд.

 — И превосходно! — Валенти благодарно сложил ладони. — Это лишний раз доказывает, что перед нами не всезнающий бог. Он только учится, совершенствуется…

 — А жаль! — процедил сквозь зубы Смит. — Я бы предпочел бога… Будду, Христа, даже Люцифера, но только чтоб кто-то был!

 — Зачем вам это? — Валенти сочувственно взглянул на американца.

 — Иначе все бессмысленно: мы, наши метания, вся эта дикая кутерьма, которую именуют жизнью.

 — Ну и что? — по слогам отчеканил профессор. — Природе не присущи ни смысл, ни цель. Будьте благодарны за то, что именно вам выпал проблеск во мраке, и не бунтуйте против нерушимых законов бытия. Ведь вы редкий счастливец, Роберто, несмотря на все ваши горести.

 — Я? Счастливец?! — возмутился американец.

 — Ти-ти-ти! — осадил его профессор. — Вы, я, мистер Макдональд, моя жена. Во-первых, все мы могли вообще не родиться, а во-вторых, нам выпало счастье столкнуться с непостижимым. Будем же радоваться. Вы согласны со мной, мистер Макдональд?

 — Допустим, хотя и точка зрения Бобби мне чем-то близка. Я бы тоже с радостью уверовал в Будду, если бы он был.

 — Что касается Будды, я имею в виду Гаутаму, отшельника из рода Шакьев, то он действительно был и благополучно скончался в свой срок. Но едва ли вам подойдет его вера.

 — Почему? — с вялым интересом осведомился Макдональд.

 — Хотя бы потому, что не обещает личного бессмертия. Философский буддизм, к вашему сведению, куда безутешнее атеизма. Он отнимает у человека не только надежды на будущее, но даже эту, единственно реальную жизнь. Согласно доктрине дхарм, мы лишь пузыри, случайно промелькнувшие в быстротекущих водах.

 — Так оно и есть, — с полной убежденностью заявил Смит.

 — Тогда против чего вы восстаете?

 — Мне дано было осознать себя, Вселенную, тех, кто мне дорог, и я не могу смириться с беспощадным уничтожением всего… И вы не можете, Том, и вы, Чарли… Я не верю в спокойную мудрость. Даже звери не хотят умирать.

 — Вот именно — звери! — многозначительно подчеркнул Валенти. — Будем же выше зверей, ибо нам дан высший разум… Я полагаю, мы возьмем с собой лишь самое необходимое?

 — Если только эта посудина вообще способна плавать, — Макдональд небрежно дал понять, что присоединяется к большинству. — У меня тоже создалось впечатление, что его всемогущество весьма ограниченно. Он способен создать только то, что хорошо знает сам.

 — Или то, что по-настоящему знаем мы? — уточнил Валенти.