Предел прочности. Книга четвертая.
- Автор: Углов Артем
- Серия: Предел прочности #4
- Язык: русский
- Жанр: Мистика
Электронная книга - «Предел прочности. Книга четвертая.». Краткое содержание книги:
- Это как? – не понял я.
- Был у нас в отделении один сержант из числа вечных: ему по карьерной лестнице давно ничего не светило, дослуживал до пенсии. И вот, значица, довелось нам осматривать место преступления – гостиная, два трупа за столом. Одним словом, картина привычная, без всяких ужасов и расчлененки, ножом аккуратно поработали, даже крови толком не видно, не то что кишок. И тут смотрю, затрясло нашего сержанта, побелел аж весь. Мужик опытный, а стоит, слова вымолвить не может. Думаю, что за напасть приключилась, а он на бокал таращится, глаз отвести не может. Я этот бокал от греха подальше убрал, его только тогда отпустило.
Мо умолк, шумно отхлебнув кофе.
- И? – не выдержал я.
- Что и?
- Дальше что было?
- Да нормально все было, нашли мы этого любителя ножом пырять, бывший сиделец оказался.
- А почему с бокала затрясло?
- Кто ж его знает, - Мо пожал плечами, – я не мозгоправ, и к этому сержанту в голову не забирался, да и не спросишь теперь, он уже лет пять, как помер… Так и не дотянул до пенсии.
Вот чего не отнять у Мозеса, так это умения рассказывать истории. Что к чему начал, зачем – непонятно, но всегда интересно, и главным образом, ему одному.
Напарник на одном рассказе не успокоился, принялся травить байку за байкой, припоминая давние события. Бубнящий голос и мелькающие за окном пейзажи действовали успокаивающим образом. Оставалось только откинуться в мягком кресле и расслабиться, медленно потягивать воду из бумажного стаканчика.
Мысли лениво вертелись в голове, ходили кругами, словно перетравленные дустом насекомые. Прав Мо, у каждого свои тараканы в черепной коробке, которые только и ждут повода, чтобы выбраться наружу. Одной Вселенной ведомо, что может послужить тому спусковым крючком.
«Твой крючок давно известен и имя ему - марионетка», - возразил внутренний голос тоном Валицкой. «А всё твоя вина, Воронов, потому как обленился в край, неуязвимым себя почувствовал. Настолько привык доверять неведомой силе, заранее предупреждающей об опасности, что напрочь мозги отключил. Это и сыграло злую шутку с психикой, когда все пошло наперекосяк. Есть ранения, есть падающие тела, а Твари нет… как так-то? Растерялся, запаниковал, в металлический бок машины вжался, как последний трус. Что, страшно стало без сверхспособностей, жизнью-то рисковать? Представляешь, а остальные только так и живут, полагаясь исключительно на себя, без подсказок свыше в критических ситуациях».
Я это прекрасно представлял и не спорил, потому как глупо спорить с госпожой Валицкой, принимающей форму внутреннего голоса. Подождал, пока она выговорится, а после задал единственный вопрос: что, если Тварь исчезнет из моей жизни? Я буду переживать? Вспомнил паукообразное существо с говяжьим языком под потолком, мертвое тело девчонки-провидицы, полулежащее в кресле. Отрывки из прошлого ярким калейдоскопом закружились в голове, подкидывая одну картинку ярче другой.
Да нихрена я не буду переживать. Не знаю, кто оно или что, какие цели преследует, помогая. Не знаю, но всеми фибрами души чувствую одно – существо опасно. Опасно настолько, что даже Палач в теле изуродованного мальчишки предпочел за лучшее не связываться.
Тварь, я буду признателен, если ты испаришься, пропадешь навсегда, и я точно не буду трястись по этому поводу, вжавшись в крыло автомобиля. Но Тварь… если такое случится, и ты вдруг исчезнешь после терапии Валицкой, после многочисленных лекарств, которые принимаю каждое утро, значит ли это, что тебя никогда не было, что ты всего лишь порождение больного сознания, фантазия сумасшедшего пациента?
Ладонь с силой сжала пустой стаканчик, и тот податливо съежился, принимая уродливую форму. По пальцам потекли остатки содержимого – ручейки прозрачной жидкости.
Черный зев бездны безумия внутри – вот что пугало по-настоящему. Не вид мертвых тел, не тварь из запределья, а потеря собственного рассудка. Я понял это, осознал простую истину и тяжесть спала с души, стало вдруг легче дышать. Настолько, что глаза сами собой закрылись: на смену страхам и тревоги пришел мягкий, обволакивающий сон.
Два месяца, забитых рабочими буднями, пролетели незаметно. Я окончательно поселился в особняке Юлии Виласко, с головой уйдя в новые обязанности. Лишь изредка удавалось вырваться в нулевой мир, где меня особо не нагружали и где меня, кажется, стали забывать. Настолько, что я сам заглядывал в родное отделение, периодически напоминая – ау, Петр Воронов все еще здесь, и он не охранник, просто занят временной подработкой. Очень хочется верить, что временной.