Операция "Драконьи яйца"

Теоретически, идея про то, что нервируют императора специально, была вполне рабочей. Глупой, но рабочей. Возможно, надеялись, что донервируют его до спонтанного выброса, который погубит всех, кто окажется рядом, и самого Мария сильно ослабит. И тогда бери его тёпленьким и делай с ним, почти беззащитным, что хочешь. Только глупость это всё. Венец абы кого не выбирает. И спонтанные выбросы императорам и владыкам не свойственны.

— И что? Случались инциденты какие? — серьёзно спросил Моравицкий. Слишком серьёзно для беспечного Сешеня.

— Боги миловали. Тихо пока, — Марий с силой потёр лицо, загнал толстый волосок бороды под ноготь и зашипел, резко отдёрнув руку.

— Плохо выглядишь, твоё величество.

— Знаю! — огрызнулся Марий. Он не только выглядел плохо, он ещё и не спал толком пару месяцев. — Никак Батишека не зажму. Выворачивается как угорь, ззз-зараза!

Глава гильдии артефакторов Галев Батишек в минувшие несколько лет стал невероятно успешен во всём, что касалось торговли с людьми. Наладил продажу своих “Клозеттов” и создал сеть сертифицированных мастерских по зарядке артефакта. Марий не спорил — вещь в хозяйстве получилась нужная. Даже бесценная. Кто бы мог подумать, автоматическая работа горшка без ручного обслуживания окажется поистине златоносной жилой. И если бы только ей.

Оказалось, что для управления государством не так важен Венец и тот, кого он признал. Важнее оказались деньги и связи клозеттного короля.

И если сначала Батишек, третий сын младшей ветви клана Бачеков, стеснялся прогремевшей по всему королевству славы своего изобретения, то лет через пять, когда к незаменимому артефакту все привыкли, и пользоваться им стало так же обычно, как почтовыми летунами, Галев поставил дело на широкую ногу. Деньги в его карман потекли полноводной рекой, и стеснение его, как ветром сдуло.

Марий и сейчас до конца не был уверен, что правильно поступил, назначив его главой артефакторной гильдии. Держать таким образом его рядом и под присмотром получалось не слишком. А Галев всё больше смелел и наглел, прибрав к рукам почти всю торговлю. И магическую, и людскую.

Гильдия вела себя странно. Артефакты, призванные изначально помогать и облегчать работу и безопасность магов, именно магам купить теперь сделалось почти невозможно. Требовались разрешения, допуски, комиссии на использование. Обычными же людьми они приобретались без всяких препятствий. Гильдия ссылалась на какой-то старый закон, уравнивающий людей и магов в правах и возможностях, и утверждала, что, якобы для равноправия, людям требовались артефакты.

Развелось спекулянтов и перекупщиков, и маги остались фактически без артефакторской поддержки, потому что всё произведённое без надзора гильдии и не имеющее её клейма, уничтожалось при обнаружении на месте — гильдия за этим следила. И Марий никак не мог к ним подобраться. На лицо был беспардонный произвол артефакторного союза, но по законам всё выходило легальным и правильным. А на реформы канцлер то и дело накладывал вето. Да вдобавок начались недобрые слухи среди людей, что корона вроде бы готовит запрет на использование артефактов немагами.