Дипломатия и разведка. «Афганское досье», 1939–1945 гг.

В июне 1942 г. Б. Рам официально был передан советской разведкой на связь с британской разведслужбой. Как отмечают российские историки В. О. Печатнов и И. Э. Магадеев, столь нетипичный для Москвы шаг, как в силу идеологических причин, так и по причине допуска иностранцев к сверхсекретным вопросам, произвел впечатление на человека, не склонного к восторгам вообще, а уж тем более по поводу Советского Союза, — британского генерала Г. Исмея, секретаря Комитета начальников штабов и заместителя У. Черчилля на посту военного министра. Вернувшись из очередной поездки в Москву и ознакомившись с делом Б. Рама, Г. Исмей оценил информацию о деятельности двойного советско-британского агента не иначе как известие «крайне неожиданное и удивительное»[212]. Вот уж действительно небывалое бывает. Британский агент в Афганистане оказался под двойным управлением: советские и британские разведывательные органы стали совместно планировать его деятельность.

Таким образом, в течение 1942 г. советско-британские контакты на афганском направлении, как по линии спецслужб, так и по линии внешнеполитических ведомств двух стран, стали свершившимся фактом и приобрели постоянный характер. Все это явно свидетельствовало и о позитивных переменах в отношениях союзных держав в составе антигитлеровской коалиции. В первую очередь речь шла об укреплении мер доверия и формировании правовой базы сотрудничества. Вместе с тем следует отметить, что не только сотрудничество, но и противостояние определяли в то время суть советско-британских связей. Афганский опыт союзников являлся тому подтверждением. Несмотря на наличие общего врага — фашистской Германии, британские официальные лица в рассматриваемый период так и не удосужились дать положительный ответ на советские предложения совместными усилиями ликвидировать дипмиссии стран Оси в Афганистане. Блокировали союзники и инициативы СССР по вовлечению Афганистана в объединенный антифашистский фронт свободолюбивых народов. Как и прежде, британские политики оставались верны своему курсу «Разделяй и властвуй». Однако благодаря активной внешней политике СССР масштаб большой игры англичан на афганской площадке оказался существенно ограничен, а 1942 г., богатый на события международной жизни, подтвердил преемственность и последовательность внешнеполитического курса СССР как на Западе, так и на Востоке.