Золотой кол

— Гони! — крикнул он Жуману.

Взревел мотор, машина рванула с места и на бешеной скорости помчалась по шоссе, визжа тормозами на поворотах.

— Отпустите, гады! Отпустите! — Роза изо всех сил пыталась вырваться, но тот, кто держал ее, был намного сильнее…

По тому, как запрыгала машина на ухабах, девушка догадалась, что они выехали на проселочную дорогу. Она рванулась из последних сил, крикнула:

— Помогите!

— Не визжи. Все равно никто не услышит, — равнодушно сказал сидевший сзади.

Роза сразу обмякла, затихла. «Убегу, все равно убегу!» — сдерживая рыдания, повторяла она про себя.

— Прямо к зимовке ехать? — спросил Жуман у сидевшего сзади.

— Да, — буркнул тот.

Жуман повернул руль вправо. Газик, надсадно ревя, пополз на подъем. Через некоторое время они выехали к обширной впадине, где располагалась колхозная зимовка. В темноте белели каменные ограды кошар, высились громадные скирды сена. Скрипнув тормозами, машина остановилась у просторного кирпичного дома. Загавкали собаки. Дверь дома отворилась, кто-то спросил басом:

— Кто это?

— Мы. Невестку привезли!

— Дай бог! Мы уж и ждать перестали. Эй, мать, встречай невестку!

Из дома торопливо выбежала женщина, повязала, согласно обычаю, голову невестки большим платком замужней женщины. Жуман и незнакомый мужчина держали Розу за руки. «Да она замерзла совсем! — Женщина обняла Розу, расцеловала. — Не плачь, доченька, не плачь, милая!» Жуман и его дружок отошли в сторонку. И тут Роза, оттолкнув от себя мать Жумана, сорвала с головы платок и побежала.

— Ой, ловите ее! — опомнился первым Жуман.

— Вот сумасшедшая! Стой! — закричал его дружок.

Новенькие туфли слетели с ног, острые камни впивались в босые ступни, но Роза ничего не замечала, думая лишь об одном: «Бежать! Надо бежать! Бежать подальше от ненавистного дома!» Сзади слышался топот преследователей, взревел мотор газика.

Ее догнали, привезли в дом, положили в отдельную комнатку, связав по рукам и ногам.

…Развязали ее лишь на вторую ночь. Роза отказывалась от еды, ни с кем не разговаривала, только молча плакала, повторяя про себя: «Убегу. Все равно убегу».

Сколько слез пролито такими девушками, как она! Сколько искалечено судеб! В прошлом сынки богачей и похотливые старики баи силком увозили понравившуюся им девушку. Вернуться обратно в свой дом она уже не могла. Это означало на всю жизнь покрыть себя позором. Сколько юных девушек предпочло смерть объятиям насильника! Давно прошли те страшные времена. Но и в наши дни кое-кто, прикрываясь обычаями предков, пытается возродить старое…

Какой-то мужчина развязал веревки и вышел. Роза продолжала лежать, не в силах шевельнуться. Одеревеневшие руки и ноги не слушались ее. Вошел Жуман, пьяный как свинья. Заговорил, брызгая слюной:

— Все. Теперь ты никуда не денешься. Убежишь — на всю жизнь себя опозоришь.

Роза молчала.

— Ха-ха-ха! Ах ты, моя красавица, дай-ка я тебя поцелую!