Лу Саломе
- Автор: Нисман Леонид Нафтульевич
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: У Никитских ворот
- ISBN: 978-5-00095-983-1
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Лу Саломе». Краткое содержание книги:
Лу Саломе родилась в России, в Санкт-Петербурге. Отец — русский дворянин, генерал, тайный советник. В 19 лет она поступила в Цюрихский университет, так как в России женщин в университеты не принимали. Продолжала образование в Риме.
Круг её интересов широк, а работоспособность феноменальна. Она — автор более двадцати художественных книг и более ста научных и критических статей по философии, религии, искусству, психоанализу, написанных по-немецки, по-русски, по-французски.
Наряду с биографическими данными Лу Саломе в книге представлены собранные в России, Германии, Австрии и в других странах малоизвестные материалы о её творческом пути, а также о её дружбе и успешном творческом содружестве с выдающимися всемирно известными интеллектуалами своего времени — философами, писателями, учёными.
При работе над книгой использованы архивные и музейные документы, материалы научных конференций и публикации российских и зарубежных исследователей, а также сочинения Лу Саломе, Фридриха Ницше, Райнера Марии Рильке, Зигмунда Фрейда.
Юнг, как организатор конгресса, заметил, что внутри психоаналитического движения начинают складываться коалиции, имея в виду альянс Лу и Бьера. Это заключение оказалось несколько преждевременным. Лу расстанется с Бьером именно по причине его отхода от Фрейда. Впрочем, по тем же соображениям она отдалится и от самого Юнга.
Тем не менее в продолжение трёх дней конгресса и некоторое время после него они с Полом жили вместе и были почти неразлучны. Лу мало смущал тот факт, что Бьер был женат, она даже пеняла ему на невнимательное отношение к супруге.
Бьер, со своей стороны, удивил и даже задел её своей убежденностью в её аморальности.
«Она обсуждала самые интимные и личные дела с поразительной беспечностью. Я помню, что был шокирован, когда узнал о самоубийстве Рэ. И у тебя нет угрызений совести? — спросил я её. Она только улыбнулась и сказала, что сожаления — признак слабости. Я знал, что это только бравада, но она действительно казалась ничуть не озабоченной последствиями своих действий».
Бьер был не первым, кто усомнился в её этическом кодексе. Точно так же, и столь же бездоказательно, на неё возложила вину за смерть Рэ мать Пинельса, которая затем, боясь за сына, послала за ними вслед, когда они отправились в путешествие, соглядатая из числа друзей семьи. Лу поняла, что разобраться со своей «аморальностью» ей может помочь только суровый самоанализ. И значит, психоаналитические методы для неё необходимы как воздух. Позднее она сможет черпать утешение в том, что Фрейд был решительно убеждён, что этические идеалы Саломе далеко превосходят его собственные. Трудно сказать, что подвигло его к такой точке зрения, но искренность его несомненна.
Оказавшись в своём доме в Геттингене, Лу не может думать ни о чём другом, кроме как о Фрейде и его науке. На полгода она с головой уходит в самостоятельное изучение психоанализа, подготавливая своё пребывание в Вене. Известный психоаналитик Карл Абрахам рекомендует её учителю на основе знакомства с ней в Берлине: «Я никогда ещё не встречался со столь глубоким и тонким пониманием психоанализа».
На просьбу Лу о посещении знаменитых сред Фрейд, явно польщённый вниманием известной писательницы, ответил так:
«Если Вы приедете в Вену, мы сделаем всё, что в наших силах, чтобы показать Вам то немногое, что можно показать в психоанализе. Уже Ваше участие в Веймарском конгрессе я истолковываю как благоприятное предзнаменование. С преданностью, Ваш друг».
Окунувшись в венский психоаналитический водоворот на полгода с 25 октября 1912-го по 6 апреля 1913-го — Лу посещает и субботние лекции Фрейда, которые тот читает для специально приглашённых лиц в психиатрической клинике, и знаменитые дискуссии по средам. Любопытно, что она принимает решение не вовлекаться в дебаты и споры до хрипоты, столь характерные для заседаний Психоаналитического общества. Молчаливость никогда не была её добродетелью, но сейчас она целиком настроена на роль ученицы, во-первых, и считает женской доблестью вносить самим присутствием умиротворяющую и примиряющую струю, во-вторых.
Вечерами, однако, она ведёт подробный «Фрейдовский журнал», куда заносит все мнения и свои к ним комментарии. «За мужское научное соперничество женщины говорят „спасибо“», — так с шутливым одобрением заканчивает она описание одного из наиболее бурных вечеров.
На лекциях у Фрейда была привычка выбирать в аудитории кого-нибудь одного и обращаться к нему. С новой слушательницей он сразу ощутил удивительный контакт. Однажды Лу не пришла на очередную среду, и Фрейд прислал ей записку, в которой в шутливо-ревнивой форме интересовался, не является ли причиной отсутствия её общение с кем-либо из «раскольников» психоаналитических рядов.
В этой записке Фрейд признаётся, что последнюю лекцию он читал пустому стулу, на котором раньше сидела Лу. Как учитель и человек он был очарован новой последовательницей и не скрывал теплоты своего расположения. Он слал ей цветы и провожал до отеля. Посылая Лу букет нарциссов, Фрейд поначалу не подозревал, сколь символичен его подарок. Совсем скоро этот мифический цветок станет визитной карточкой Лу в психоанализе.