Эквей. Одна из пяти (СИ)

ая заря. Я услышала, как тихо подлетел мобиль, а затем послышался звук открывающейся двери и шаги. Вот и отлично. Быстро спустилась вниз и пошла вперёд, ориентируясь в полумраке коридора лишь на звук приглушенных голосов. Подслушивать, скрываясь в полутёмных лабиринтах резиденции, у меня не было желания, поэтому глубоко вздохнув, решительно распахнула двери кабинета и вошла внутрь, слегка щурясь от яркого света: — Доброе утро, господа, я не помешала? А если и помешала, то все равно, фиг уйду. Князь сидел в кресле за столом, напротив него расположился ив Гартен и Нариго, на диване у стены сидели Гелан и Киган, ив Меор стоял у огромного шкафа. Надо же все в сборе, какое счастье. Все они резко повернулись в мою сторону и застыли с одинаковым ошеломленным выражением на совершенных лицах. Господи, покажите же мне хоть одного урода среди них, а то скоро от этого великолепия и божественной красоты, меня стошнит. Совершенны, прекрасны, светлы… бе-э-э-э-э… — Ива Переславцева? — первым отмер ив Гелан. Он-то меня точно видел без хиты. — И? — я недоуменно передернула плечом и скрестила руки на груди. И именно на эту грудь, которая в результате моего нехитрого движения приподнялась и резко обозначилась, ибо была обтянута тонким хлопком, вот туда и были направлены все их взоры. Такое чувство, что они никогда не видели женскую грудь? Да наши землянки чуть ли не голышом перед ними дефилируют. С чего вдруг такое изумление, граничащее на грани ужаса? — Что вы с собой сделали? — а вот это подал голос Князь, подкрепив его ментальным всплеском, заставивший меня слегка вздрогнуть и покрыться мурашками. Посмотрите, какие мы злые и недовольные! А вот мнё все равно. Я даже не скривилась, спокойно встретившись взглядом с лазоревым пламенем. Нет, конечно, выглядел он очень круто, грозно и брутально, но землянок так просто не запугаешь. Если бы он ещё не был таким чертовски сексуальным и красивым… — Ничего, просто стала собой, самой обычной землянкой. И хочу вернуться домой, на Землю, как можно скорее. Меня тупо проигнорировали. — Где ваша хита? Как вам удалось? — Розали отдала мне те флакончики, что вы им любезно подарили в первый день нашего пребывания на Эквей. Давно это надо было сделать, — я нервно откинула волосы назад и заправила пряди за ухо. — А что вы так на меня смотрите? Вы же видели мои голограммы, знаете, как я выглядела до купания в вашем Священном озере…И уважаемый Князь у меня нет совершенно никакого желания становиться вашей Княгиней, или как там у вас это зовется. В общем, лазоревой бабочки больше нет, и на вашу свободу я не претендую, можете расслабиться. Идеальная бровь недоумённо поползла вверх: — Вы не хотите стать Княгиней? Такого вопроса я от него не ожидала. Если честно, он был столь непредсказуем в своих словах и поступках, что я понятия не имела, что вообще от него ожидать. Я совсем не собиралась озвучивать то, что сейчас ляпнула. Но, наверное, свою роль сыграл стресс. Но, слово сказано, и теперь придётся придерживаться данной линии поведения. — Не хочу и никогда не хотела. — Отчего же, позвольте узнать? Как бы ответить ему, чтобы не оскорбить? Не могу же я ему сказать, что он меня как мужчина не устраивает? Тут уже дипломатическим скандалом попахивает. А мне и так проблем хватает. — Предпочитаю найти себе супруга по любви, а не из-за отметки Богини чужой планеты, уж простите. — А вы разве не допускаете возможности полюбить меня? — голос Князя стал уж совсем вкрадчивым, и он слегка подался вперёд. Красивый, матёрый хищник, готовый к прыжку. И глаза такие гипнотизирующие, такие яркие, в них же можно утонуть и не выплыть. Снова ментальный всплеск, но на этот раз одобрения… соблазнения… поощрения. Перед глазами сами собой возникли весьма провокационные и соблазнительные картинки — Его Высочество во всём великолепии совсем без одежды, а затем, он и я на кровати… на диване… на стуле?… ого! Даже так… кто бы мог подумать, что у него такая богатая сексуальная фантазия. Я прям впечатлилась, да так сильно, что покраснеть и смутиться забыла. Ох, что-то мне не нравится, в какую сторону пошёл наш разговор, да ещё при свидетелях, которые жадно в него вслушиваются, даже не пытаясь скрыть своё любопытство. Интересно, а они могли «видеть» то кино, что в мыслях мне показал Князь? — Нет. — Как категорично, — хмыкнул эквейт и изображения нашего бурного совокупления тут же исчезли из моей головы. Уф, слава богу, а то такие картинки сильно сбивают весь мой боевой настрой. — Зато честно, — пожала плечами и взглянула на Гелана, мечтая побыстрее прекратить весь этот балаган, тем более меня интересовало другое. — А где Дерион? С ним всё нормально? — Я здесь, — внезапно ответил тёмный эквейт за моей спиной, я невольно вздрогнула и резко повернулась. Безопасник, которого я до этого не замечала, отошёл от столика, стоящего в углу у самой двери, где он по-видимому наливал себе спиртное и теперь медленно двигался в мою сторону. Ещё более бледный и осунувшийся, чем был утром. Он же только пришёл в себя после отравления. Ему же ещё лежать и лежать, приходить в себя, а тут… Но я все равно была рада его видеть. Сердце предательски заныло и запрыгало от счастья. Если так и дальше пойдёт, то у меня будут крупные неприятности. Может, я ошиблась, и освещение в комнате было плохое, но мне почему-то показалось, что глаза эквейта вдруг стали совсем тёмными, как бездна. И в эту самую бездну меня сейчас неудержимо затягивало. — Что у тебя на лице? — хрипло спросил Дерион, остановившись в метре от меня. — Где? — поборов оцепенение, я повернулась к висящему рядом зеркалу и всмотрелась в отражение. Неужто хиту не всю смыла? — На лице у меня нос, глаза и рот… Эквейт шагнул ещё ближе, его рука замерла всего в нескольких сантиметрах от моего лица, так и не коснувшись. — На твоей коже… под глазами, на носу… — А, это… это — веснушки. Господи, отчего так трудно дышать и ноги подгибаются? — Веснушки, — тихо повторил Дерион. — А что это? — Пигментные пятна, которые выступают от солнца… Эээ… Особенность кожи такая, про нас говорят «поцелованные солнцем». Только это немодно и их так же, как и родинки, все женщины удаляют. — А вы почему не удалили? — поинтересовался Князь, отвлекая меня от зрительного контакта с Дерионом. И я ему была очень благодарна. — Потому что мне они нравятся. Что-то громко и жутко хрустнуло. Не знаю, что Дерион в этот момент держал в руке, но на ковер посыпались мелкие детали какого-то механизма и кусочки пластика. Мне стало как-то совсем жутко. Что-то тихо прорычав, эквейт обогнул меня и вышел. — Вот, что опять сделала или сказала не так? — стараясь из последних сил не перейти на визг, спросила я.