Эквей. Одна из пяти (СИ)

ь нас в отель вызвался Гелан (кто бы сомневался). Молодой эквейт натянул на лицо маску строгости и сообщил, что он наш охранник. Мог и не стараться, мы все отлично понимали, что моя выписка не главный аргумент, чтобы взваливать на себя обязанности телохранителя. Удивительно, что Киган ещё не подтянулся в ряды нянь, как же он оставил свою Кейтис без сопровождения. Впрочем, после с разговора с Дерионом я была уверена, что нас будет сопровождать целый полк солдат, ну или хотя бы десяток. Столько событий скопом навалилось. Суметь сдержать бы эту махину надвигающихся перипетий. Не жизнь, а экшен. Я всё больше укреплялась в желании запереться у себя в номере, обложиться кучей книжек и не вылезать оттуда оставшиеся два месяца. Всё хватит, насмотрелась, налюбовалась, отдохнула. На всю жизнь хватит, что впечатлений, что приключений. Наверное, что-то такое отразилось у меня на лице, потому что Грета неожиданно наклонилась ко мне и положила свою руку мне на колено. — Алексия, у тебя столь выразительная мимика сейчас… Ты как? Я вздрогнула и огляделась. Вероник и Гелан, что сидели напротив нас в мобиле, тоже внимательно на меня посмотрели. — Да, всё хорошо, — улыбаться я не стала, потому что знала, что улыбка у меня в данный момент получится просто жуткой. — Ты уверена, может, не стоило так рано выписываться из больницы? — не отставала блондинка. — Грета, со мной всё в порядке, — не говорить же мне ей, что мне жизненно необходимо было побыть одной, а нахождение в больнице, где всего в сотне метров лежит Дерион, совершенно не способствовало успокоению. — А где ив Киган? — Занят. Не переводи разговор. Ты пережила такой стресс, не нужно храбриться и делать вид, что жизнь удалась. — А ты что не заметила, что фортуна повернулась ко мне лицом, — сарказм так и сочился из моего нутра. — О чём вы разговаривали с Дерионом? — пыталась разговорить меня эта неугомонная. А я всё думала, когда она спросит. Молодец, долго продержалась. — Ни о чём серьёзном, просто обсудили наше здоровье, — равнодушно пожала плечами и отвернулась к окну, отсекая все дальнейшие вопросы и разговоры. И ведь не соврала же, действительно об этом и говорили. Мне нужны тишина и покой. До отеля мы долетели довольно быстро. Гелан галантно помог нам спуститься, немного потоптался возле меня, словно собираясь что-то сказать. — Я сама дойду, ив Гелан, спасибо, — попыталась улыбнуться молодому эквейту. Он мне нравился, действительно нравился. Нет, конкурировать с Вероник я не собиралась. Эквейт мне нравился чисто по-человечески — весёлый, обаятельный парень с озорными глазами и очаровательными бирюзовыми косичками у висков. А самое главное было в том, что Ника ему действительно была небезразлична. Я украдкой взглянула на влюблённую парочку — Гелан нежно взял девушку за руку и преданно заглянул в глаза, а наша невозмутимая порывистая француженка скромно потупила глазки и улыбнулась в ответ. И что творит с людьми любовь. — С Киганом всё нормально? — я посмотрела на идущую рядом Грету. — Да, — девушка мечтательно улыбнулась, от чего на щеках появились очаровательные ямочки. — Он… он хочет познакомить меня со своими родными. Ого. — Это же замечательно, Грета, — я порывисто обняла засмущавшуюся девушку. — Я так рада за тебя, за вас. Киган хороший, правда хороший и ты ему очень нравишься. — Самый лучший. Не думаешь ли ты, что мы слишком спешим, ведь знакомы всего месяц? — А чего ждать? Путёвка заканчивается меньше чем через два месяца. — Он сказал, что мы заберём маму сюда… Алексия, я не верю, что это всё происходит со мной. Мне даже немного страшно, я так его люблю. Никогда не могла подумать, что такие, как он существуют, — быстро проговорила подруга, прижимая ладони к запылавшим щекам. — На Земле может и нет, а на Эквей — пожалуйста. Не забивай себе голову всякой ерундой, вы просто созданы друг для друга. И мне кажется, что Вероник и Гелан тоже к этому в скором времени подойдут. — Да, наверное. А ты? — А я вернусь домой, — пожала плечами и отвернулась, любуясь фонтаном у входа в отель. Мы, молча, вошли внутрь, улыбнулись симпатичной эквейтинке за стойкой администратора, и пошли в сторону нашего бокса, шедшие впереди нас Вероника и Гелан, уже скрылись за поворотом. — Алексия… — Грет, я лучше буду прилетать к вам с Вероник в гости, если, конечно, пригласите. — Почему ты отрицаешь ваше взаимное притяжение с Дерионом? — Не знаю, может потому что оно не взаимно. Да и вообще… И тут раздался страшный визг, истошный, пронзительный и такой жуткий, что мы, на мгновение, впав в ступор, со всех ног бросились к эпицентру этого крика. А когда мы уже подбегали, крик уже перешёл в захлебывающиеся рыдания. Повернув за угол, мы увидели, что дверь в наш бокс широко распахнута, а бледный Гелан пытается оттащить от входа в апартаменты, плачущую Вероник. Она билась в крепком захвате рук эквейта, оглушительно выкрикивая нечто неразборчивое. — Что…? — договорить я не смогла, потому что увидела то, что так испугало и вывело из себя подругу. На когда-то белоснежном ковре в коридоре нашего отдельного бокса лежали две сломанные куклы, две оборванные жизни, две мёртвые платиновые блондинки. Липкие капли крови, небольшие лужицы на полу и истерзанные обнажённые тела. Красные узоры на коже выглядели особенно жутко. Умирали они долго, тут даже моего медицинского образования не понадобилось, чтобы понять это. Их мучили, насиловали, пытали и убивали по-зверски жестоко — вон, сколько колото-резаных ран по всему телу. Сначала они сопротивлялись, у Катрин ногти обломаны, потом плакали, умоляли, а потом, наверное, мечтали о смерти. И её им подарили — хладнокровно перерезав горло и отрезав уши. Или наоборот, сначала были уши, а потом горло? От картины пыток, промелькнувших в моём мозгу, мне стало плохо, и к горлу подкатила противная горечь, которую с трудом, но удалось подавить. — Господи… господи ты, боже мой, — прошептала, стоявшая рядом со мной, Грета, и тихо заплакала. Я повернулась к Гелану, на руках которого, уже не сопротивляясь, всхлипывала Ника. — Зачем им отрезали уши? Он сощурился и ещё раз глянул на тела, потом перевёл взгляд на меня. — У вас шок, — произнёс он, наконец. — Я вызвал охрану, нас сейчас увезут отсюда. Мною овладела безнадёжная апатия. Но, вскоре, совладав с ней, пришло какое-то нечеловеческое хладнокровие. — Зачем им отрезали уши? Грета не выдержала и её тут же вырвало прямо мне под ноги, едва не испачкав мою обувь. Но разве это имело сейчас значение? Я вновь повернулась к телам. — Нельзя их так оставлять. — О них позаботятся, нам надо уходить, ива Переславцева, послушайте меня, нам надо уходить… Но я не хотела его слушать, ничего не хотела, на автомате отвела плачущую Грету ближе к Вероник, затем стащила с головы шаль, вернулась в номер и аккуратно прикрыла тела землянок. Одного моего платка было мало, чтобы скрыть весь этот ужас. Но я хотя бы закрою их тела, хоть как-то скрою от любопытных глаз. Девочкам бы не понравилось, если бы их увидели в таком виде. Они всегда были такими красивыми, ухоженными, нельзя чтобы они предстали перед эквейтами так… совсем нельзя. — Прощайте… И меня оттащили, просто подхватили на руки и оттащили, быстро пронесли по отелю и запихнули в мобиль. С трудом сфокусировав взгляд, я увидела сидящих рядом Грету и Нику, подруги ещё плакали, закрыв лица ладонями, и сотрясаясь всем телом. А вот я не могла. Пока не могла. Некая мысль не давала мне покоя, и я никак не могла ухватиться за неё, что-то царапнуло в увиденном, некое несоответствие, и я была уверена, что это «что-то» мне не понравится… Спустя час мы приехали в какой-то незнакомый дом, что находился на территории резиденции Князя. Всё по высшему разряду. Нас так же тихо и по-быстрому перенесли в одну комнату, решив, что нам сейчас лучше быть всем вместе, и уложили на кровать. Только вот я не желала играть роль куклы. Вероник сжалась на уголке широкой кровати, уже не плача, только вздрагивая всем телом, сотрясаясь мелкой дрожью, Грета тихо сползла на пол, обхватила себя руками и медленно раскачивалась из стороны в сторону, смотря перед собой стеклянными глазами. — Дерион уже знает? — спросила я Гелан, что уходил из комнаты последним. Он обернулся в дверях, как-то странно окинул меня взглядом, но всё-таки ответил: — Да. Он сейчас в отеле, ведёт расследование. И ещё, ваши вещи скоро привезут, располагайтесь, — Гелан беспомощно взглянул на Нику. Я видела, что он из последних сил держит себя в руках, чтобы не броситься к ней с утешениями. — Я позову вас, как только что-то будет известно… Скажите, она… с ней всё будет нормально? — Я не брошу её… Но врача вызвать не помешало бы, у них шок. — А у вас? — эквейт пристально смотрел мне в глаза. — Я уже недавно пережила один ад и не хочу вновь в него возвращаться, надоело. Действительно я была на удивление спокойна и сосредоточена. — Врач скоро будет. Наши вещи привезли через пару часов, тогда же пришел врач — пожилой эквейт с мягкой улыбкой, добрыми глазами цвета оливы и большим чемоданчиком в руках. Подруги уже более-менее успокоились, просто лежали, обхватив плечи руками и не мигая смотрели в потолок. За всё время, что мы были там, они не произнесли ни слова, только Вероник тихо-тихо прошептала: — Я хочу вернуться домой… Лекс, пусть они вернут нас домой. Как же я её понимала, но сделать ничего не могла. Лишь только осторожно укрыла ле�