Шерлок Холмс Мценского уезда [СИ]

Но вот и дошла очередь и до нее. Вместе с урядником, который привел себя в порядок, неизвестный направился к ее узилищу – сараю и сейчас все станет ясно…

И вот по прошествии двух дней для них с дочкой все снова поменялось: в сопровождении охраны они возвращаются домой. Теперь, оценив произошедшее с ними и новые знания, которые она получила, общаясь с Катраном (как его почтительно называли местные охотники, Великим Катраном), можно было сказать, что ей не просто крупно повезло – с ней случилось настоящее чудо, которое позволило человеку из другого мира прийти на помощь в самый нужный момент.

Даже она, умудренная жизненным опытом, и, как сама считала себя, образованная европейская женщина, давно уже не ставила под сомнение то, что ее спаситель и, что особенно важно, спаситель ее ненаглядной Насти, пришел из другого мира. То, и главное, чем он спас ее дочь произвело настоящий шок. Эти одноразовые шприцы, в необычных и весьма интересных упаковках, эти системы, чтоб прямо в вену вводить препараты, и главное, Катран, когда делал операцию ее дочери, подробно объяснял, что и зачем он делает. Маски, перчатки, обязательная чистота, инструменты, это необычный фонарь, который он надел на голову, чтобы лучше все видеть. Он сам точно был не врач, а просто знал, как и что нужно делать, о чем сразу предупредил, но тут было без вариантов – Настя умирала, и Ольга Алексеевна был рада любой помощи, и тут случилось чудо, о котором она молила Господа. Нет, это не шарлатанство и даже не какие-нибудь новинки из Североамериканских штатов или Европы – это совершенно иной уровень, абсолютно не достижимый местным эскулапам.

Как-то, чуть позже, заметив, как она прячем обертки от шприцов, лекарств, да и сами приборы, он только улыбнулся и ничего не сказал. Ему было все равно, и фраза «что скоро он снова уйдет в свой мир», стала наполняться смыслом.

Когда Насте стало лучше, Катран организовал носилки и из охотников и местных мужиков сформировал, как он сказал «две команды сменных носильщиков», причем всех сумел как-то материально заинтересовать, да и урядник, который чуть ли в рот не заглядывал Катрану, показал огромное рвение, чтобы максимально ускорить вывоз княгини Таранской и ее дочери из этого забытого богом места.

Что примечательно, за день до выхода, Катран показал себя с новой стороны, что еще больше заставило задуматься Ольгу Алексеевну о том, кто же на самом деле их спаситель. Когда он, вроде как потерял бдительность, на него напали двое каторжников, которых под честное слово развязали и доверили заниматься хозяйственными делами, причем один из них сумел выбить у Катрана его страшное оружие, а второй со всей силы ударил его ножом в грудь. Катран отлетел в сторону и… не стал бороться за свой карабин, который странно называл «Вепрь», а достал маленький пистолетик и тот тихо-тихо два раза щелкнул, буквально выплюнув в лица нападавших какую-то едкую жидкость, от которой те дико закричали, катаясь по земле, задыхаясь и пытаясь вытереть с лиц адскую смесь. Но Катран совершенно спокойно встал, поднял своего «Вепря», постоял так пару минул, без каких-либо эмоций наблюдая за бандитами, потом, видимо приняв какое-то решение, вскинул карабин и два раза выстрелил. Одному и другому в голову. Собравшаяся вокруг толпа женщин, детей, мужиков, пораженная происходящим, почти в один голос вскрикнула в ужасе – два новоявленных, фактически безголовых трупа, кого угодно введут в ступор.