Любовь и бессмертие [СИ]

Побарахтавшись, я с трудом вырвалась, и Виктор, показывая на меня пальцем, завопил:

– Покраснела! Серёга, украду я твою Маленькую! Стану целовать и любоваться, как она смущается!

Сергей шагнул и закрыл меня от любопытных глаз, я благодарно уткнулась лбом ему в грудь, и мне стало всё равно, о чём там зубоскалит Виктор. Легонько целуя мои волосы, Серёжа прошептал:

– Лидка, как же мне жить без тебя?

Я отозвалась таким же шёпотом:

– А мне как жить? Как сохранить жизнь на руинах?

Вместо ответа он положил ладонь на мой затылок. Боясь расплакаться, я оттолкнулась.

– Пусти. Я в порядке. Спасибо. – Обошла его и направилась к Петру. – Петя, здравствуйте! Добро пожаловать! Простите, что не встретили лично.

– Вы совсем не изменились, Лидия, – осторожно пожимая мои пальцы, глубоким, бархатистым баритоном… нет, не сказал, а скорее приласкал он. – Здравствуйте! В личной встрече не было необходимости, как ни удивительно, но ваш водитель нас сразу признал. Я не знаю, есть ли вероятность не заметить меня, но не услышать папу нет никакой возможности.

Мы дружно рассмеялись незамысловатой шутке.

Сопровождаемые Сергеем и Пашей, гости отправились в гостевой домик. Проезжая мимо, Виктор вновь взглянул на меня цепко, без улыбки, и сразу отвёл взгляд.

Виталий со вздохом произнёс:

– Всю жизнь завидую мужской дружбе, а сам друзей не нажил. Сейчас в чести партнёры, мужская дружба не в чести.

Я поинтересовалась, как ему понравились наша конюшня и её обитатели.

– Лида, у меня слов нет! Такие кони! Стыдно признаться, я ведь в детстве занимался пятиборьем, а сейчас, боюсь, и в седле не удержусь.

– Приезжайте как-нибудь! Стефан поможет освоиться, он прекрасный инструктор.

– А что, и приеду! – с задором принял предложение Виталий, взглянул на Стефана, но Стефан не пригласил, отмолчался.

Маша и Ольга наводили на кухне порядок. Оля что-то домывала у раковины, Маша ставила остатки крема в холодильник. Увидев меня, она отчиталась:

– Всё, Маленькая, закончила. Успела до этих. Вишь, крем вот остался, Пашка потом полакомится. Всё. Пойду переодеваться.

– Маша, дай чего-нибудь пожевать, – попросила я.

Она озадаченно уставилась на меня. Опять открыла холодильник.

– Блинчики с икрой остались, или, хочешь, сырники разогрею?

– Блинчики, Маша.

Маша подала тарелку с тремя фаршированными блинами. Я взяла и тотчас надкусила один. Она посмотрела, как я жую, отвела взгляд и захлопнула дверцу холодильника.

– Пойдём, Оля. Маленькая, вещи Ольги остались у Катеньки в машине. Паше скажи, пусть ко мне несёт.