Генерал-адъютант Николай Николаевич Обручев (1830–1904). Портрет на фоне эпохи

Правительство охватила какая-то займовая лихорадка. «До эпохи преобразования, – отмечал русский публицист, – Турция была государством бедным, но по крайней мере она не имела ни внутренних, ни внешних долгов. Прежде это было государство бедное: теперь это государство разорившееся. Министры султанов прежнего времени страшились долгов как честные дикари; министры Абдул-Меджида и особенно Абдул-Азиса живут долгами; Турцию спасает от банкротства единственно то, что некоторые сильные правительства заинтересованы, чтоб этого не случилось, и что слишком большие капиталы Западной Европы затрачены на поддержку Турции»522. C 1863-го по 1870 год было заключено пять займов на 104 185 860 турецких фунтов523. С 1871-го по 1874 год было заключено пять новых займов на сумму 98,53 млн фунтов524.

Постоянно увеличивался налоговый пресс, в первую очередь – на христиан. Если «бедель-и аскерие» – откуп от военной службы – ранее собирался с 20 лет, то с 1868 года в Дунайском вилайете его стали собирать с 12 лет, а с 1874 года его стали собирать со всех христиан-мужчин с рождения – по 36 пиастров в год. Сбор денег приводил к повсеместному отчаянию525. Откупщики и бесконтрольные сборщики налогов доводили дело до крайности. Сбор «ашара» – десятины натурой – доходил до 1/5 урожая526. Практика откупов и постоянного повышения налогов для выплаты процентов по внешним кредитам была очевидной, как очевидным было то, что недовольство и мусульман, и христиан этой политикой рано или поздно проявит себя527.

«Из всех европейских порядков, – отмечали „Отечественные записки“ в 1875 году, – Турция легче всего заимствовала искусство делать займы, которые, со времени восточной войны, делались так усердно, что теперь цифра турецкого государственного долга равняется цифре контрибуции, взятой Германией с Франции за последнюю войну»528. Государственный консолидированный долг Оттоманской империи в 1875 году действительно составлял 5,5 млрд франков, только на обслуживание внешнего долга уходило 12 млн турецких лир529. Это составило почти половину всех доходов Османской империи (точнее – 51 %). Дефицит бюджета в 1875 году достиг почти 17 % – 5 млн лир530. Именно в этот момент финансовый кризис поразил банки Европы и США, сделав невозможным очередной внешний заем531. Положение турецких финансов резко ухудшилось, что сделало невозможным надежду на безболезненное решение проблемы532. К лету долг по текущим платежам достиг 14 869 245 лир, что составило уже 62,5 % ожидаемых доходов (23 882 940 лир) и 51,4 % запланированных расходов533.