Следы ведут в пески Аравии (второе издание)

У Нибура не было времени, и ему пришлось довольствоваться мыслью о том, что, вернувшись в Европу, он опубликует эти таблицы вместе со своими предположениями и они помогут дешифровке. И тогда заговорят дворцы и храмы, а люди, которые воздвигали их, расскажут о своей эпохе и о своем мастерстве.

Как мы с вами знаем теперь, дорогой читатель, все так и случилось. Двадцатисемилетний учитель из Геттингена Георг Фридрих Гротефепд, использовав таблицы Нибура и отчет о его путешествии, изучив различные образцы других письмен, разгадал тайну персидской клинописи и в 1802 году опубликовал результаты своей дешифровки.

Нибур не знал, что перед ним находились руины самого выдающегося памятника эпохи ахеменидских царей Дария и Ксеркса, начало создания которого относится к 520 году до нашей эры, что строили этот город-храм тысячи людей в течение пятидесяти лет. Хорошо изучили археологи Персеполь к нашему времени, но и сейчас осталось немало загадок. Так, не выяснено назначение Персеполя. Если он был резиденцией царей, почему тогда помимо дворцов здесь не видно жилья, а найденная утварь не имеет следов употребления? Или же Персеполь был построен с единственной целью — чтобы раз в год, весной, в день иранского Нового года — Ноуруза, «царь царей», его двор, вельможи и гвардия совершали здесь торжественные ритуалы (версия, к которой склоняется большинство историков)? Мог ли служить Персеполь для пышных коронаций, роскошных обедов, на которых, по Страбону, пировало по 15 тысяч человек, для чего резали тысячу голов рогатого скота, или же для оплакиваний и погребений? Высказывалось и предположение, что здесь была астрономическая обсерватория. А может быть, в разное время город-храм использовался по-разному? Иначе для чего бы отдельные части дворцов, скульптуры и рельефы переносились с одного места на другое, как это позднее установили археологи.