Спасти футболиста (ЛП)

— Побеспокойся о себе, Лалонд. Там есть чем заняться.

— Куда мы направляемся? — спросил я, согревая дыханием сжатые кулаки. Снаружи было достаточно холодно, чтобы в воздухе чувствовался мороз, но не настолько, чтобы проникнуть до костей. Некоторые всегда считали денверские зимы суровыми и полными снежных бурь. По правде говоря, праздничные месяцы были мягкими по сравнению с влажными, сильными весенними метелями.

— Сам увидишь, — сказал он, сунул футбольный мяч под мышку и помчался вниз по мощеной дорожке, оставив меня позади, чтобы догнать.

Я быстро догнал Логана, следуя за ним, пока он вел нас к природной тропинке позади моего района. Небо было совершенной безоблачной синевой, солнце заставляло снег соскальзывать с голых ветвей и оттаивать твердую землю, усеянную мертвыми листьями.

Мы бежали молча. Я старался, чтобы ровный стук моих ботинок по грязной тропе убаюкивал меня и успокаивал мой разум, но даже это казалось недостижимым. Мое дыхание было затруднено, пот стекал по затылку, а бок пронзила судорога. Бл*дь. Две недели дрянной еды, барахтанья и отрицания эффективно нейтрализовали мой атлетизм.

Логан свернул с тропинки и срезал через группу деревьев, которые вели в парк, окруженный спортивными площадками, которые я сразу узнал. Именно на этой траве мы посещали нашу первую тренировку, учились играть в игру, которая когда-нибудь определит нас, и позже, в старших классах, мы выполняли упражнения с Бобом Стоунстри, чтобы отточить наши навыки.

— Еще пару кругов и лови мяч, — сказал Логан, и, не задумываясь, я побежал вперед, наслаждаясь свежим ветром в лицо, жжением в легких и тем, как приятно ощущается изгиб моих мышц, словно пробуждение. И когда я вытянул руки, ловя пас, который делал тысячу раз, прилив адреналина и счастья, нахлынувший на меня, застал меня врасплох.

— Что еще у тебя есть? — крикнул я, бросая мяч обратно Логану, наконец-то снова чувствуя себя прежним.

— И-19, свинг-пас, пуля. — Он пробежал несколько ярдов и остановился у воображаемой линии схватки. Логан сложил руки так, словно был готов получить пас, и посмотрел на меня, ожидая, когда я встану в стойку. Я встал на ноги, ожидая его сигнала.

Логан крикнул «Давай», и я бросился вправо, уклоняясь от нападающих, которых там не было, прежде чем захватить мяч в спираль и пробежаться с ним широкими шагами в эндову зону для приземления.

Снова оказаться здесь, в этом месте, которое хранило столько положительных воспоминаний, лишило меня всего, пока не осталось только два друга, поле и футбольный мяч. На мгновение мне показалось, что все, что случилось с отстранинием и Хейзел, было дурным сном.

Несколько часов спустя, измученные и согревшиеся, несмотря на прохладный воздух, мы с Логаном побрели обратно в мой район.

— Значит, вся эта сцена разврата в твоей гостиной была на самом дне, верно? — спросил он, вытирая пот со лба краем майки.

— Я не на самом дне. — Я подбросил мяч в воздух, наслаждаясь послеполуденным солнцем на лице, когда знакомая текстурированная кожа приземлилась в мои ладони.

Логан усмехнулся.

— Твой разгромленный дом, отсутствие гигиены и односторонние разговоры с судьями по телевизору говорят об обратном.

— Ладно. Я хандрил, — я пожал плечами. — Ты можешь винить меня?

— Даже я не скажу, что то, что сделал НФЛ, было справедливо. Мне просто интересно, когда ты перестанешь вести себя как плаксивый мальчишка.

Я тихо выругался, отпираясь, но Логан бросил на меня взгляд, доказывающий, что я не прав. Я не мог. Не совсем. Это не значит, что он должен быть мудаком.

— Это не моя вина, Логан.

— Да, и как долго ты собираешься петь эту песню? — спросил он, выхватывая мяч у меня из рук и переворачивая его правой рукой.

— До самого апелляционного совета. Представитель моей Ассоциации игроков уже готовит иск против Лиги.

— Значит, ты не совсем на дне, а?

Я остановился и повернулся к Логану, пытаясь понять, к чему, черт возьми, он клонит.

— И что это должно означать? Ты думаешь, я должен смириться с тем, что комиссар одним махом разрушил всю мою карьеру?

Логан вздохнул и прислонил футбольный мяч к бедру.

— Не будь королевой драмы. Да, это отстой, и да, это несправедливо, но он не разрушил твою карьеру, Крис. Ты все еще можешь играть.

— Но он уничтожил мой рекордный сезон! Мой сезон Суперкубка, Стоунстрит. Как будто меня там никогда и не было! Все это исчезло. — Я поднял с земли палку и согнул ее так, что она раскололась.

— Но это случилось. Ты был там. Ты помнишь все так, как будто это было вчера, так чего же ты на самом деле боишься? Что этого никогда не было? Или что тебя забудут?

Я подавил тысячу гневных слов, которые хотел бросить в Логана, и вместо этого остановился на раздраженном:

— Значит, я должен вести себя так, будто заслужил наказание?