Человек взломанный

Некоторые философы считают, что искусственный интеллект — это не только технологии, это еще и идеология, и даже скорее идеология, чем технология. Но и это определение является неполным. Искусственный интеллект вбирает в себя и идеологическую составляющую, но он включает в себя и многое другое.

Владимир Вернадский писал о ноосфере, но сегодня она оборачивается своей пугающей стороной, являя нам образ Левиафана. Чтобы представить себе монстра, вобравшего в том числе и человеческий разум, нам придется открыть запретные парки собственных суждений.

Новый цифровой Левиафан надзирает за человеческим роем, ставшим частью вирусной цифровой платформы, при этом и рой, и вирус, и платформа для информационномедийного и экономического распространения вируса тоже являются частью Левиафана как Цифры. В мире, где человек стал частью окружающей среды, Umwelt, если пользоваться терминологией Хайдеггера, этот расширившийся Umwelt поглотил Dasein, сущее, вопрошающее о своем бытии. Так обнуленный Dasein исчезает из окружающего мира целиком и полностью, так что можно говорить о коллапсе Dasein при появлении цифрового Левиафана. Мы снова и снова возвращаемся к рекурсии, к Левиафану, надзирающему за самим собой.

Давайте осознаем, насколько наш цифровой Левиафан походит на библейского.

Левиафана мы видим в книге Иова, которая появилась после вавилонского пленения евреев. По мнению некоторых исследователей, евреи сохранили идентичность, противопоставив жестокого, неумолимого, но справедливого еврейского бога Элохим доброму и мудрому древнеиранскому богу Ахурамазде, чье имя в древнеиранском языке означало «владыка мысли», «Бог, устанавливающий мысль».

Левиафан в книге Иова — проявление еврейского Бога, его инструмент, моральный агент, созданный волей Элохим и действующий самостоятельно, но находящийся под полным Божьим контролем. Когда страдающий Иов начинает сомневаться в Элохим и даже пытается препираться с ним, тот показывает ему ужасающего Левиафана как свое орудие, существо, перед которым Иов не может устоять. Бог использует мощь монстра, чтобы показать, насколько Иов слаб и ничтожен, и никакое самое правильное поведение не может принести Иову избавление от страданий, пока он полностью не покорится воле Элохим. Элохим, а не благостного Ахурамазды.

Корень еврейского слова «левиафан» имеет значение «свитый» или «скученный» — и тут приходит на ум сгусток сверточных нейронных сетей — самой распространенной архитектуры для машинного обучения. Библия описывает Левиафана как грозного зверя, обладающего чудовищной свирепостью и великой силой. Левиафан не может быть привязан или приручен; на него страшно смотреть. При этом он имеет изящный вид, он идеально защищен чешуей, его спину невозможно пронзить, ни один меч, копье, дротик или стрела не могут победить его, он не может быть скован, потому что разрушает железо, как солому, он боронит землю своим брюхом, воду он заставляет бурлить и оставляет светящийся след. «Нет на земле подобного ему — создания, которому страх неведом».