Оленья кавалерия или смерть от кота своего...
- Автор: Волынец Алексей Николаевич
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Другие документальные фильмы
Электронная книга - «Оленья кавалерия или смерть от кота своего...». Краткое содержание книги:
От автора:
Ранее часть глав была опубликована в журнале «Профиль» и на страницах электронных СМИ «Русская планета» и DV.land.
Следующие 8 лет он служил на самом севере современной Якутии — реках Индигирке, Алазее и Колыме. Сохранились записи из учётных книг Нижнеколымского острога за 4 июля 1654 года: «У служилого человека, у Ивашки Камчатово, с его промыслу со штидесяти соболей пошлины взято семь соболей…»
В 1657 году Иван Камчатой с группой казаков был направлен с Колымы на реку Гижига. Ныне это север Магаданской области, откуда всего несколько сотен километров — небольшое расстояние по меркам Дальнего Востока — до современных границ Камчатского края. В XVIIвеке путь из Нижнеколымского острога до Гижиги занимал почти три месяца.
На ближних подступах к ещё неведомому полуострову казак Иван Камчатый обжился, к 1660 году добрался уже до реки Пенжина, что протекает на самом севере Камчатского края. Согласно приказам начальства казак должен был вернуться в Нижнеколымский острог в 1661 году, но не сделал этого — по слухам где-то к югу он нашёл новую богатую землю, где водились не только собольи меха, но и драгоценный «рыбий зуб».
Примерно эти сведения знал об Иване Камчатом и его тёзка, казачий десятник Иван Рубец, когда в августе 1662 года расспрашивал беглого казака Прокопия Травина. Влекомый смутными слухами, отряд Рубца по морю вдоль берега отправился к югу. Путь от Анадырского залива до реки Камчатки — это почти две тысячи километров. Устья этой неизвестной и ещё безымянной реки отряд Ивана Рубца достиг к концу осени.
Кстати, не стоит думать, что вся жизнь первопроходцев проходила в одних трудах и лишениях. В сложных и зачастую смертельно опасных путешествиях посреди Крайнего Севера они умудрялись совмещать приятное с полезным. Про Ивана Рубца недоброжелатели позднее донесут, что он во время похода на Камчатку «з двумя бабами всегда был в беззаконстве и в потехе и с служилыми и торговыми и с охочьими и с промышленными людьми не в совете о бабах…» Выражаясь современным языком — казачий атаман, открывая неизведанные земли, весело сожительствовал с двумя дамами, о происхождении которых мы можем только догадываться, и частенько ссорился с коллегами по женскому вопросу…
Чтобы найти удобное место для зимовки, два казачьих «коча», во главе с таким лихим атаманом, двинулись вверх по ещё безымянной для русских реке. Попутно казаки собирали «ясак», меховую дань с местных коряков и ительменов — согласно дошедшим до нас документам, Иван Рубец подходил к селениям аборигенов с барабанным боем… Явление группы неизвестных, хорошо вооруженных людей, надвигавшихся под неумолкаемый рокот, пугало аборигенов — и казаки собрали богатую добычу.
Так двигаясь вверх по реке, ещё не названной Камчаткой, отряд Рубца прошёл около сотни вёрст вверх по течению и там обнаружил остатки явно русского «зимовья», заметно отличавшегося от яранг коряков и землянок ительменов. Расспросы аборигенов подтвердили, что здесь годом ранее обитали некие русские люди. Судьбу первых обитателей зимовья Иван Рубец выяснить не смог, но счёл, что это следы именно казака Ивана Камчатого, бежавшего с государевой службы и подавшегося на неизведанные земли в вольные «промышленные люди»…
Вот, собственно, и всё, что мы знаем об Иване Камчатом и его связях с рекой и полуостровом Камчатка. С 1662 года в документах Якутского воеводства казак Иван Иванов «Камчатой» числится как пропавший без вести. А с 1668 года, в тех же документах появляется и имя новой реки «Камчатки», явно привезённое десятником Иваном Рубцом из его чукотско-камчатской одиссеи.
Возвращение Рубца с далёкого полуострова в Якутск заняло несколько лет, включало ещё массу приключений и само по себе могло бы стать основой для исторического триллера. С реки, получившей имя Камчатка, чудом выживший десятник Рубец вернулся очень богатым человек — его личную долю в меховой дани на якутской таможне оценили в 1050 рублей. Это стоимость сотни хороших домов в Москве того времени! При том многие обоснованно подозревали, что ещё больше камчатских мехов Иван Рубец утаил, дабы не платить лишнюю пошлину.
Но десятник, первым вернувшийся в Россию с ещё неведомого и безымянного полуострова, который мы ныне именуем Камчаткой, умудрился от всех обвинений отвертеться, уехать с богатой «казной» из Якутска в Москву, получить там почести, и вернуться в родной Тобольск, чтоб спустя немало лет умереть в своей постели богатым благополучным человеком… Все мы слышали про «американскую мечту», а тут, в случае одиссеи Рубца, чем не «русская мечта»? — осуществившаяся мечта первопроходца, прошедшего неведомые земли и благополучно вернувшегося с богатством и славой.