Библиотека литературы Древней Руси. Том 10 (XVI век)

Некий человекъ воинъ удалецъ ездяше по полю чистому и по роздолию высокому. И прииде к нему смерть, и бе видение ея страшно, яко лев ревый, всячески страшна от человеческаго устроения. Носящи же с собою оружия всякия: мечь, ножи, пилы, рожны, серпы, оскорды и уды, иныя же незнаемая, и ими же кознодействует различными образы.

Сию же видивши смиренная ми душа устрашися велми. И азъ рекох ей: «Кто ты еси, лютый зверь? Образ твой страшенъ велми: подобие у тобя человеческое, а хожение звериное».

Рече ему смерть: «Пришла есми к тобе, хощу тя взяти».

Рече же человекъ той; «Да аз не хощу, а тобя не боюся».

Рече же ему смерть: «О человече, о чем мя не боишися? Цари и князи, и воеводы, и святители меня боятся. Азъ есмь славна на земли, а ты меня не хощеши боятися».

Рече же ей человекъ той: «Да азъ есмь воинъ удалецъ, в ратномъ деле многия полки побиваю, а единъ от человекъ никто же может со мною побитися, ни противу стати на мя. А ты ко мне едина пришла, а оружия и запасу с собою много носиши. Видишися мне ты не удала, толко еси страшна: образъ твой страшит мя, уды моя во мне трепещут на тобя смотря. Отиди от мене прочь, доколе тя не потну мечем моимъ».

Рече же ему смерть: «Аз есмь не силна, ни хороша, ни красна, толке силных и красных побираю. Да скажу ти, человече, послушай мене. От Адама и до сего дни сколке было богатырей удалых, а никтоже со мною не смелъ побитися, а и хоще ми ся того, хто бы со мною побил. Да еще скажу ти, послушай мене: от Адама и до сего дни сколке было людей, царей и князей, и владыкъ, женъ и девицъ, то всех азъ побрала. Самсон силный, не богатырь ли был, не силнее ли тебе был? Тако говорил: “Аще бы было колце в землю вделано и яз бы всемъ светомъ поворотил”. Да аз и того взяла. Александръ, царь макидонский,[278] удал и храбрь был, и всему подсолнечному на земли царь и государь был, да и того яз взяла, аки единаго от убогих. А царь Давидъ,[279] в пророцех пророкъ был, — да и того яз взяла. О человече, не мудрее ты царя Соломона[280] — царь Соломонъ хитр и мудр был, да и той со мною не смел поговорити, и того яз взяла. Акирь Премудрый во Алевитцкомъ царьствии,[281] не было таковаго мудреца ни под солнцем, да и тот со мною не смелъ поговорити, и азъ и того взяла. Да ведомо тебе, человече, азъ есмь смерть, не посулница, богатства не збираю, а красна портища не ношу, а земныя славы не хощу, занеже есми немилостива — издетска не навадилася миловати; и азъ не милую, не наровлю ни часу, какъ пришед, такъ и возму».