Игра в куклы [сборник litres]

– Мертвый, – легко кивнула Арина. – Лет пять назад случайно попал во Двор и не смог выйти. Замерз в Лесу. А у нас как раз старого дворника баба Тоня разорвала… С ней иногда случается…

– Я тебе потом расскажу, – шепнула Варя в ответ на недоуменный взгляд мамы.

– Бывает, во Двор попадают случайные люди, – продолжала Арина. – Но это редкость, исключение из правил.

– И какие же это правила?

– Если по-простому, то Двор притягивает все необычное, чему нет места в вашем мире. Вы уж извините, что я так разграничиваю, но здесь в самом деле другой мир, и вы чужачка, как ни крути.

– А Варя? – быстро спросила мама.

– Как я уже сказала, у вас очень хорошая девочка, но здесь ей делать нечего.

Арина подлила еще чаю, поставила на стол вазочку с песочным печеньем, явно не магазинным. Ароматические палочки осыпались пеплом, но дым от них витал под потолком, свивался кольцами, вихрился, играл. Дышалось тем не менее очень легко. Правда, приходилось отгонять сонливость, и Варя то и дело незаметно щипала себя за ладонь.

Вместе с дымом по комнате плавали истории, одна другой фантастичнее и удивительнее. Арина рассказывала, что на чердаке свил гнездо гигантский змей. Он уже несколько лет в спячке, но подниматься на чердак желающих все равно нет. Поэтому кровля над вторым подъездом как протекала, так и протекает. И все бы ничего, но протекает она именно над квартирой электрических людей. А когда встречаются вода и электричество, случается короткое замыкание и весь дом сидит без света. А в соседнем доме живет человек-студень. Он настолько разросся, что пришлось отдать ему квартиру по соседству, благо пустых квартир хватает и жившего в ней невидимку просто переселили в свободную.

Мама слушала, то недоверчиво выгибая бровь, то раскрыв рот от изумления. Иногда она смеялась, но смех этот был фальшивым, с нотками страха. Варе было тепло и уютно. Болезнь отступила, впервые после ночных пряток в Лесу. Не пропала совсем, затаилась до поры, но сейчас это волновало Варю в меньшей степени. Сон клонил голову к столу, сопротивляться становилось все труднее. Не думая, как это выглядит со стороны, Варя положила голову на руки и уснула под гипнотический голос Арины.

Домой мама несла ее на руках. Варе хотелось сказать, что она уже взрослая и может дойти сама, что маме тяжело, но тело отказывалось слушаться. Даже язык ворочался с трудом. Варя немного злилась из-за того, что каждый визит к Арине она засыпает, но сил оторвать голову от маминого плеча попросту не было. На пороге, прощаясь с хозяйкой, мама остановилась, и в сонной Вариной голове отпечатался обрывок короткого непонятного разговора.

– …все хуже и хуже. Врачи этого не увидят, и не надейтесь. А потом, в один прекрасный день, станет поздно.